Возвращение Легенды полностью

Но даже вдвоём у нас получилось не сразу. Почему-то мир вокруг нас постоянно вертелся и мы долго не могли подняться. Пару раз меня стошнило. Потом разок его. Решили упростить задачу и передвигаться на четвереньках: Сергей управлял ногами, я - руками. Потом поползли.

- Далеко ещё? - первым показал свою слабину тот, кто грёб задними конечностями.

- Уже пришли-и-и-и, - остановилась я и зарыдала, обнаружив, на месте тайника яму с разбросанными по краям скорлупками. Вытирая слёзы, попыталась между всхлипами объяснить: - Тут…яйцо… а теперь нет… кто-то всё-таки… нашёл.

- Ух-ты! Ты не его ищешь? - спросил Серый, и указательный палец левой руки направился на "праздничный стол".

Остатки угощения уничтожал маленький - чуть больше взрослого кролика - дракончик. Красивенький, чёрненький, с блестящими белыми вкраплениями по всему тельцу, тоненькими кожистыми крылышками, несоразмерно огромной головой, крупными удивлёнными глазками и острыми зубками. Гребень вылупившегося детёныша только наметился, а ближе к хвостику вообще сходил на нет. В остальном малыш является точной копией погибшей мамаши.

- Так вот кто фрукты погрыз! - догадалась я. - Надо же, не ожидала, что он так рано вылупится.

- В первый день Нового года. И заметь - года Дракона! - умилённо сказал Сергей.

Обсидиановый Дракон

- Ну, здравствуй, - приветливо наклонилась надо мной мама и осторожно погладила лоб. Когда ладонь человека коснулась начала гребешка, я, в благодарность, слегка тяпнул её зубами.

- Ой, больно! - одёрнула девушка руку и сунула раненый палец в рот. Слизав кровь, человечка оглядела мизинец, удостоверилась, что царапина неглубокая, и попыталась меня успокоить: - Не бойся, малыш, я - хорошая и не причиню тебе зла.

Виновато помахав хвостиком, прильнул к её ноге.

- Правильно, давай дружить, - улыбнулась самка расы людей.

Знаю: она на меня совсем не сердится. Вот опять тянет ладонь в надежде, что понимаю её. Чувствую, что хоть и храбрится, но немного побаивается. Чтобы подтвердить свою смышленость, провёл шершавым языком по её укушенному пальцу и ранка, слегка искрясь от драконьей магии, затянулась.

- Ух-ты! - воскликнула девушка. - Слышала, что собаки хорошо зализывают раны, но чтобы Драконы? Да ещё так эффективно! Даже шрама не осталось! Как ты это делаешь?

Не могу я пока объяснить маме-человеку (особые мышцы, позволяющие имитировать речь разумных двуногих, разовьются в моей пасти лет через триста), что грызнул её не из вредности, а чтобы взять анализ крови и выработать в слюне специальные ранозаживляющие ферменты. Их состав уникален и привязан к её генетическому коду. Другому существу мои "заживляющие слюни" покажутся похуже смеси яда и кислоты.

- Теперь будем знакомиться. Меня зовут Олика, - представилась мама.

Зачем она врёт? Не в курсе, что я и мысли способен читать? Ведь её настоящее имя Олимпиада. Ну, хорошо, Олика так Олика. В ответ кивнул головой, как бы поясняя: "очень приятно".

- А как же тебя величать? - спросила девушка скорей у себя и с грустью в голосе добавила: - К сожалению, твоя мама погибла.

И это знаю: печальную весть о смерти Драконессы тоже отыскал в памяти человека.

- Поэтому имя тебе дам я. Договорились?

Не возражаю.

- Хм, - задумалась мама-человек, разглядывая мою внешность, - даже не знаю, что придумать. Ты напоминаешь на маленького щенка. Но не Тузиком же тебя назвать?

Почему бы и нет? Звучит неплохо. Тем более на языке моего народа "Тус Сикх" означает - "Великий Ящер". Я расправил крылья, затряс головой, затанцевал на задних лапах и даже попытался издать рёв (от получившегося пронзительного визга, ближайшие деревья покинули птицы, причём половина из них осыпалась на землю вместе с листвой) - в общем, всем своим видом показывал, что согласен быть Тузиком.

Ещё это имя мне нравится потому, что очередной раз, порывшись в мозгу девушки, я отыскал информацию о том, что в детстве мама-человек хотела завести собаку именно с такой кличкой. Естественно, такая мечта не осуществима для девочки из детдома (не до конца разобрался с этим термином, но воспоминания о пребывании в том месте находятся очень глубоко, словно она пытается их подальше упрятать и забыть).

- Не понимаю. Нравится имя Тузик? - догадалась Олимпиада-Олика. - Хорошо, будешь им.

Тут на глаза маме-человеку попались разбросанные по песку объедки.

- Ой, ты, наверное, голоден? - забеспокоилась она и суетливо сгребла в кучу кусочки хлеба и сыра. - Кушай, малы… Тузик.

С жадностью я проглотил остатки пищи, затем лизнул с умилением наблюдавшую за мной девушку.

- Бедненький, сиротка, - вздохнула она и заявила: - Ну, не переживай, в обиду тебя не дам! Буду заботиться и, как смогу, заменю родителей.

Снова пронеслись передо мной ощущения последних минут жизни Драконессы, я жалобно заурчал и прильнул к ногам мамы-человека. Она ласково меня погладила и предположила:

- А может, твой папа жив? Тогда вы когда-нибудь встретитесь. Да, точно: ты отыщешь его. Так же, как я нашла своего отца.