Возвращение Легенды полностью

Отыскать свободное пространство оказалось непросто. Но специальный служащий "Марселя" заметил нас, помахал рукой, убрал парковочные столбики и вежливо пригласил на зарезервированное место.

Обычно малолюдный дорогой ресторан сегодня наполнен как никогда. Банкет по поводу выхода на пенсию одного из коллег празднуют работники банка. Несколько тёток средних лет, но крупных размеров отмечают юбилей подруги. Какие-то китайцы (или казахи) в деловых костюмах очевидно "обмывают" с нашими удачное подписание контракта. Несколько влюблённых парочек воркуют по углам. И даже группа студентов решила раскошелиться (не иначе по поводу успешной сдачи сессии), они сдвинули вместе три столика и кушали далеко не одну сосиску десятью вилками. Ну и ещё отдельные личности: кто-то кого-то ждал, иные уже не встретились, поругались, налакались и спали в салатах, а другие просто решили поужинать в одиночку.

Довольные официанты (а как же: чаевые за этот вечер грозятся переплюнуть месячную зарплату) шустро снуют по залу, разнося заказанные блюда.

Я уж было испугался, что нет мест. Но нам снова повезло! Остался не занятым один-единственный столик на четыре персоны. Вокруг него мы и расположились.

Убранство ресторана выполнено в роскошном стиле французских замков. Колоны с изящной лепниной, гобелены под старину, кованные позолоченные люстры со свечами, резная мебель - здесь самое место королевам. И, по крайней мере, две шикарные дамы в великолепных нарядах соответствовали окружающему интерьеру - "принцессистая" Цветаниэль и императризная (и тоже не менее "сисистая") Теоларинэ.

По залу лились чарующие ноты. Исполнял красивые мелодии живой мини-оркестр, состоящий исключительно из привлекательных девушек. Репертуар разнообразен: классика, джаз, шансон (настоящий французский, а не то не тот "блатняк", который обожают российские автомобилисты) и даже фолк и симфо-рок.

Тут хозяин ресторана преследовал сразу две цели: доставить эстетическое наслаждение не только органам слуха клиентов, но и их зрению. Ещё бы: две симпатичные скрипачки (блондинка и брюнетка), флейтистка периодически увлажняет языком необычайно полные призывно накрашенные губы; яркая, красиво выгибающаяся под музыку рыжая сэксифонистка; ещё одна особо декольтированная особа одновременно трясёт какими-то шарами-погремушками и огромной грудью; хрупкая, но бессовестная виолончелистка раздвинула длиннющие ноги и установила меж ними инструмент (да так, чтобы через разрезы тёмного платья было хорошо видно её белоснежные трусики - спасибо на том, что они вообще присутствуют); арфистка с крепкими коленями и косой до пят не уступает предыдущей подруге (ни в длине ног, ни в белоснежности нижнего белья); и, наконец, певица - тоже не без шарма, короткая стрижка каре, шпильки, чулки в сеточку, пятисантиметровые накладные ресницы, чудесный голос. Ах да, из-за кадушек с гигантскими фикусом и диффенбахией торчит красный рояль. Я не смог побороть любопытство и привстал, чтобы сквозь широкие листья растений разглядеть пианистку. Лучше бы я этого не делал - зад необъятных размеров сорокалетней бабенции центнера на полтора поглотил вертящийся стульчик, толстые пальцы (наверное, нажимает сразу на две клавиши), короткая стрижка, отвратительный макияж. Похоже, по поводу того, что музыкантши - исключительно привлекательные девушки, я погорячился.

- Вот это женщина! - чуть не задохнулся от восхищения Базирог, тоже устремивший взгляд за фикус и диффенбахию. Потом брезгливо добавил: - Не то, что этот "суповой набор".

Нет, всё-таки, не погорячился. Просто понятие о красоте у всех разные.

- Гарсон, меню, сильвупле! - повелело монаршеским тоном, наше эрудированное "светлое величество" и показало нам язык, мол "видите, какая я умная!".

Ближайший официант прервал свой стремительный полёт в другой конец зала, изменил маршрут движения и приблизился к нам со словами:

- Уи, мадам?

- Мадемуазель, - поправила его Цветаниэль.

- О, пардон, - извинился гарсон. - Жапортре ментенент!

- Нену облигэ лонгтэмп а атендр! - потребовало не задерживаться не менее полиглотистое "тёмное величество" и продемонстрировало круглоухой эльфийке свой орган вкуса - "Не зазнавайся - не умнее меня!".

- Абсолюман, мадмуазель! - обещал поторопиться официант.

- Мадам! - уточнила Теона.

- Ком суэтере, ун жён э бэль мадам, - отвесил комплимент эльфийской красоте и молодости парень и удалился.

Прислуга сдержал слово - обернулся на удивление быстро. Вручил каждому из нас по толстой кожаной папке, в которой скромно покоился единственный ламинированный лист формата.

- Сэля ки, э ту леплат? - удивился гном куцему списку кушаний.

"Какой позор! Похоже, я единственный из компании, кто ни черта не понимает. А я так надеялся произвести впечатление знанием языка. Даже намеревался блеснуть французским прононсом. Выяснилось, два слова связать не могу", - подумал я.

"Ну, разница в том, что тебя заставляли зубрить язык в школе, а мы выучили его по своей воле", - ответила, подслушавшая сестра.