Да уж. Хрестоматийный подросток. Дикий, дерзкий, как пуля резкий. Весь мир бардак, все бабы… Впрочем, тут вряд ли замешана женщина. Как подсказывал мой богатый жизненный опыт, скорее деньги.
— Помочь. — начал придумывать я на ходу. — Погоди, Игнат, не ершись! Я еще в школе заметил, что ты какой-то странный, на себя не похожий. Там не решился подходить, вот сейчас…
На самом деле, ничего такого я за Фурсовым не замечал. Господи, да у меня своих проблем выше крыши, мне еще за чужими наблюдать! Но сейчас такой подход, якобы внимательность одноклассника, сработает лучше, чем ворох тупых вопросов.
— И че? — тут же окрысился Поттер.
— Да ниче. — пожал я плечами в ответ. — Просто, если ты помнишь, не так давно, именно я был на дне пищевой пирамиды. И никто мне руку тогда не протянул.
— А ты, значит, протягиваешь, да? Благородный такой?
— Нет, просто знаю, как темно и стремно там внизу. Короче, чел! Можешь ныть и себя жалеть, а можешь прекратить агриться и рассказать, что у тебя, нахрен, произошло? И мы вместе попробуем с этим разобраться.
Игнать грустно усмехнулся.
— Эх, Пичуга! Да что ты сможешь?
Но агрится, что характерно, он перестал. Уже победа, я считаю.
— Ну, как бы, уже смог. Мельников и Ландышев тому свидетели.
— Это не школьные разборки. Другой уровень.
Может оно и так, конечно. Но у меня тоже не битва в песочнице, где призом станет этот офигенный красный совочек. К тому же, про мое наследство из одноклассников знала только Малахова, а значит Фурсов продолжал считать меня таким же бедным, как и он сам. Поэтому, я толкнул его в плечо, предлагая пройтись, и, когда мы уже бесцельно шагали вдоль оживленной улицы, повторил.
— Расскажи.
И он начал говорить. Строго говоря, ничего необычного в его истории не было. Семья не богатая, мать-одиночка, как и у меня. Тянула двоих — Игната и его младшего брата, шкету только шесть лет исполнилось. Жили плюс-минус нормально, но матери приходилось пахать, как ломовой лошади.
Что закончилось довольно закономерно — болезнью. Новус ты там, не новус, а когда много пашешь, мало спишь и хреново питаешься, организм даст о себе знать. Хотя… То, что рассказал Игнат о своей матери, не вполне под эту категорию подходило.
Болезнь у нее была какая-то странная. Она все время хотела есть. Сметала за ужин весь запас продуктов на три дня и оставалась голодной. При этом не поправлялась ни на грамм, наоборот — худела со страшной силой. За неделю потеряла около пяти кило.
И без того незначительные сбережения семьи стали таять. Продукты приходилось покупать чаще и больше, плюс расходы на обследования, визиты к дорогим специалистам Наставникам. Результата это никакого не давало, но Игнат не сдавался. Он очень любил мать.
— У меня есть несколько каналов, я с них немного зарабатываю. — повел к завершению истории Фурсов. — Ну, там, рекламу кому-нибудь сделать. Или наоборот — антирекламу. Так, по мелочи, ничего серьезного. А тут контракт подвалил на шестьдесят тысяч сразу. Надо было одного политика местного, из районной управы, приподопустить. Выложить про его похождения с любовницей — запись с камеры. Я такое обычно не беру, политота, нафиг бы она была нужна. Но тут деньги нужны были, а делов — с малоизвестного канала разок запостить этот видос. Короче, взял…
— И что? Тебя нашли? Ну, люди того, про кого видео.
— Ага. К концу дня уже под дверями стояли. Очень доходчиво объяснили, что они сделают со мной, с братом и с матерью, если я не укажу им на заказчика. А я его не знаю! Мы в сети общались, по защищенным протоколам! Даже, если бы захотел его сдать, не смог бы!
— Тихо-тихо! Не ори! — остудил я разошедшегося одноклассника. — Не надо привлекать к себе внимания.
— А! — Игнат махнул рукой, как бы говоря, что жизнь его уже и так несется под откос. И вреда от того, что он тут поорет немного на улице, не будет. — Сегодня должны прийти за ответом. А мне им что говорить? Я уже два дня его пытаюсь найти, этого гребанного заказчика — никаких следов, даже! И вот как ты мне тут поможешь?
Я взял Игната под руку, поворачивая его в сторону дома.
— Чего? — не понял тот.
— Надо возвращаться. А то они придут, а тебя нет. Решат, что ты в бега подался.
— Да куда я сбегу, блин? Тут же брат, мама…
— Ну, они об этом думать не будут, поверь. Короче, приглашай меня в гости и пои чаем. Буду решать твои проблемы.
— Ты?!
— Да, Игнат, я. И хватит делать такие удивленные глаза! Погнали уже!
Всю обратную дорогу до дома, Игнат создавал универсальный фоновый шум. Если прислушаться, то можно было узнать, что он «очень сомневается, что я или кто-то другой, сможет помочь ему с его проблемой». Но я глупостями не занимался — чего я там нового о себе узнаю — поэтому полностью погрузился в обдумывание ситуации. С привлечением советника, конечно же.
«Не уверена, что стоит влезать в чужие разборки. — вещала Кукла, недовольная моим решением. — Мы ничего не знаем о противнике, его возможностях, связях…»
«Все так. — возражал ей я. — Но и не узнаем, если не впишемся».
«Разведка боем — твоя любимая стратегия!»