- Что-то случилось? – спросил Ваня, вскочив из-за стола и подбежав ко мне.
Я молчала. Надо валить отсюда пока не поздно. Уезжать. И больше никогда сюда не приезжать. Тут меня уже ничего не держит. Ни кто и ничего!
Усадив Нику на кресло, я налил ей стакан воды. Вот же, мелочь! Только вернулась, а уже где-то проблемы нашла на свою задницу. Ничего не изменилось. Нет, конечно, внешне она изменилась, и узнал то я её не сразу. Если честно, то и узнал то я её, только случайно.…Если бы не этот случай, я бы и не вспомнил её наверное….
Уже через час после того как я её выгнал, я понял, что погорячился. Я стал ей названивать, но телефон был вне зоне доступа, что ещё больше меня взбесило. Я всегда просил её не ставить телефон на беззвучный режим, а тем более отключать.
В ту ночь, я ни как не мог уснуть. Впрочем так было всегда, когда она приходила за полночь. Под утро я все-таки задремал. Проснулся я от того, что на втором этаже, раздались детские крики. Я вскочил с дивана и побежал на второй этаж. Почему-то я был уверен, что Ника вернулась под утро, как раз в то время, когда я задремал.
Я очень удивился, когда увидел Мигеля с Викой на руках. Он укачивал малышку, но та ни как не могла успокоиться. Я немного растерялся. Плюхнувшись на кресло рядом с кроватью девочки, я потёр лицо руками, чтобы хоть как-то проснуться.
- Что ты тут делаешь? – спросил я спросонья. – Где эта…- мне так хотелось выругаться и назвать её шалавой, но я сдержался и ещё раз повторил. – Ника где?
Мигель молча положил Вику обратно в кроватку и тихо вышел из комнаты, позвав меня за собой. Подойдя к кровати дочери, я погладил её по волосам и улыбнулся, малышка в ответ одарила меня детской улыбкой и закрыла глаза.
Спустившись в гостиную, я сел на кресло. Миша сидел напротив и разливал виски по стаканам.
- Что это с тобой?- я усмехнулся. – Решил бухнуть с утра пораньше? Смотри, Машка же прибьёт!
- Сегодня не прибьёт,- произнёс он тихо и залпом выпил.
- Чё так?- спросил я, рассмеявшись. Я посмотрел на часы. – Твою мать, уже девятый час, где её носит?! Я набрал Никин номер, но телефон был выключен. Посмотрев на Мигеля, я увидел, что он смотрит на меня снисходительно и вновь набрал номер.
- Можешь не стараться, она всё равно не возьмёт, - Миша тяжело вздохнул.
- Почему? – я немного напрягся. Давно я не видел друга таким серьёзным. Лицо у Мишки было измученное, и тут я понял, что что-то произошло. – Что случилось?
- Вань, Ника…. – начал он тихо. – Она не возьмёт трубку….
- Это ещё почему?
- Её больше нет.…
От этой фразы меня передёрнуло. Я выпил виски залпом и вскочил с кресла.
- Что ты несёшь?! – заорал я. – Что значит, нет!?
- Сегодня, в около четырёх утра….
- Что?!
- Они… Ника и Дима… Они разбились…
- Не смешная шутка,- я ухмыльнулся, но лицо Мигеля не изменилось, он был серьёзен. – Мы поругалась… ну да, я вспылил. Накричал, но это не повод, чтобы так шутить! – я был уверен, что друг шутит и разозлился не на шутку. - Пусть только вернётся, я ей устрою! – выпив залпом ещё один стакан, я начал набирать номер жены, но девушка – оператор повторяла одно и тоже «Абонент временно не доступен».
Миша молча подошёл ко мне и забрал у меня телефон.
- Вань, она не возьмёт,- повторил Миша спокойно.
- Я сказал, не шути так! - закричал я, и плюхнулся на кресло.
- Маркелов, - тихим спокойным голосом обратился он ко мне. – Такими вещами не шутят. И ты сам прекрасно знаешь свою жену, она не такая. Мысль так жестоко соврать тебе, чтобы проверить твои чувства, Ника бы так не смогла, - Миша вытащил из кармана пиджака кольцо моей жены и положил его на стол.
- Тело сильно обгорело, узнать её невозможно. Вот всё что осталось…- Мигель тяжело вздохнул.
- Пошёл вон! – процедил я сквозь зубы, сжимая кулаки.
- Я заберу детей к себе, на время…- ни сказав больше не слова, Миша поднялся на второй этаж и по очереди вынес детей на руках и уехал.
Выпив очередной стакан виски, я уставился в одну точку ничего не понимая. Как? Почему? И за что? За что бог забрал у меня самое дорогое в моей жизни. Мою маленькую девочку, которую я так люблю всем сердцем. Почему?! Почему?! Я почувствовал, как ком подкатывает к горлу, а по щекам стекают слёзы. За что?! Господи, за что?!
Впервые за несколько лет, я сейчас плакал, как ребёнок. Вот теперь, почувствовал настоящую боль… Невыносимую боль…. Теперь я понимал насколько это больно потерять родного, самого любимого человека в твоей жизни.
Это был удар… Сильный удар… Удар, которого я не забуду никогда! Эта боль навсегда останется со мной.
Взвыв, как одинокий волк, я одним махом разнёс журнальный столик к чёртовой матери и рухнул на колени. Стуча кулаками об деревянный пол. Осколки разбитого столика и бутылки испод виски вбивались мне в кожу, нанося мне раны, но эту боль я не чувствовал. Боль была лишь одна – в сердце.
Бросив взгляд на рамку, в которой была наша с Никой фотография, я увидел, как мелкие осколки испод рамы искажают немного наши лица. Выбросив рамку подальше, я провёл пальцами по её образу на фотографии.
