– Не только самоубийцы, и убийцы – Али Агджу слышал? Тоже ведь сегодня отличился. Но не попал. Чего это ты морщишься, ты ведь тоже там околачивался.
– Я в Фатиме в это время был.
– Подслушивал или подглядывал? Богоматери там восемнадцать уже было?
– Дурак ты дурак.
– Ладно вам… Потом?
– Потом пожар тушили, – вставил своё Николаич, – по
– Вижу, – перевёл взгляд Семён на залитый ухой костёр, – воды, конечно, взять было негде. Пирогами и блинами… А кто горел-то? Опять Аввакум?
– Зачем Аввакум? Аввакум на триста лет раньше. Лаборатория горела. Полвека человеческого прогресса сожгли: волновой радиопередатчик, все исследования по излучению…
– Автомобили без движков! – Поручик потирал обгоревший левый ус.
– Да – самодвижущиеся экипажи, беспроводная энергетика… да всего не перечтёшь.
– Не спасли?
– Нет, – вздохнул Поручик и хитро улыбнулся, – кое-что, конечно, по экипажам я выхватил.
– А потом уж отмечали день рождения.
– Чёй? – спросил Семён и запнулся – как же было забыть: вчера, 12 мая, Аркадию, Валерке Ощепкову, исполнилось 33 года. Вылетело из головы. А сам он, видишь, скромник. – Аркадий! – начал было запоздалую оправдательно-поздравительную речь, но Аркадий перебил:
– Сегодня же, 13 мая, день рождения Будды. В 563 году до нашей эры…
– Во сне узнал? – поддел лиофила Африка.
– Я всегда знал! По-честности! – если б не добавил про честность, могли бы и поверить. – Буддизм – это…
– Сборище самых гордых ничтожеств, – не унимался православный неофит.
– Да лучше, чем сборище слезливых дураков.
– Это ж сколько б ему сейчас было? – примиряющее спросил Капитан.
– 2551, – мгновенно, смахнув соплю, сосчитал самый дымный из всех умных, но светлеющий на глазах Николаич.
– Вот на просветлённом мы и сломались.
– Да-да-да… – Виночерпий уже через горлышко заглядывал во фляжку, а вдруг? – был Гаутама, был Будда он неладен!
– Не сразу! За каждые сто лет старой эры мы выпили, Аркадий нам даже лекцию прочитал… – вспоминали наперебой, шаг за шагом, как вспоминают только что просмотренный сон.
– Аркадий? Лекцию? Про Будду? – Семён потихоньку переставал удивляться.
– Про нас, про Будду.
– Всё же сходится! – вдохновлённо начал Аркадий. -Ушли из дома, занялись самоистязанием, чуть не передохли, плюнули на всё, сели под ветлой и в 35 лет в майское полнолуние достигли просветления.
– А нам что, по 35? – удивился Семён.
– В среднем. Тебе и Аркадию по 33, Поручику 34, Николаичу с Капитаном по 35, Африке 36, Виночерпию 37. Сложи и раздели на семь. Тем более, что буддизм – квантовая физика в чистом виде, скажи, Николаич!
– Сказал бы, если б знал что-нибудь про твой буддизм.
– Как же! Шунья-ваду, Великая Пустота, полная энергии «ци» – вакуум, дхармы, рождающиеся на одно мгновенье – элементарные короткоживущие частицы… да и вообще.
– Эва! – поправил очки удивлённый физик.
– И всё что будет – было, – продекламировал рождающееся в этот самый миг стихотворение Семён. – Осталось теперь только дождаться полнолуния.
– За полнолуние!
– Ура!..
«Да, – подумал Семён, – тут у них дня три прошло, не меньше… и всё-таки – спали или пили?»
– Заметьте, – заговорил быстро трезвеющий Николаич – видим события, которые происходили в это самое календарное время! Скорее всего – именно 13 мая. Значит… значит эти картинки… эта информация привязана – то есть, находясь везде, но сфокусирована – в локальной системе координат солнечной системы к параметрам возникновения, – при этом он крутил руками, изображая планеты, сам, по-видимому, оставаясь солнцем.
– Ты, фейнман недопитый, давай-ка по-русски.
– Где родился, там… то есть, где случился, там и проявился. Другое дело, что и в этих точках системы событий миллиарды, но тут уж что срезонировало. Разгадка как раз в резонансах – Тесла не дурак. Это непременно надо обдумать!
Виночерпий уже разлил из фляжки, теперь наполненной самогоном, и пробурчал, оглядывая почти уже трезвых товарищей:
– Как-то у нас не в коня корм.
– У нас корм в Орла!
Виночерпий ещё раз удивлённо крякнул:
– Но и при этом нельзя дважды выпить один стакан… Ну, что, буддисты, буд-дем!
Выпили. Катя сначала лишь пригубила, потом тихо, точно только для себя, произнесла: «за полнолуние!» – и маленькими глоточками выпила из точёного стаканчика до дна, с трудом удержавшись, чтобы не закашляться.
Комментировать её подвиг прямо никто не стал, но высказался каждый, как будто про своё:
– Ладно, за девчонками завтра поедем! – Поручик.
– Кои веки вместе собрались! – Капитан.
– Будда тоже был поэт, – Семён.
– А Христос – рыбак! – Аркадий.
– Склодовская! – неожиданно, Николаич
– И кровь христова – не обязательно кагор, – Африка.
Восстановив дыхание, Катя спросила:
– Это – спирт?
– Катенька, – развёл руками Семён, – ты же ещё не ведьма.
В ответ она многозначительно подняла бровь и тут вдруг все заметили, как на глазах начинало светиться её лицо – или просто запылало от выпитого?
– Чистый самогон! – продекламировал, насколько можно продекламировать два слова, Виночерпий.
– Самогон? А совсем не пахнет.
Семён вздрогнул – поменялся и голос, каждый звук как будто оделся в бархатную шубку.
