Встреча проходила в вип-зале какого-то крутого ресторана, которых я в Москве совсем не знал, потому как никогда не ходил по ним. Я пристроился в уголке кабинета, чтобы меня не зацепили шастающие туда-сюда официанты, и пытался понять, что же связывает этих хмырей, которые вроде бы в своей работе никак не должны были пересекаться. Каждый из них выглядел довольно темным, но я так пока и не понял, какие грехи их всех объединяют. Вот обед и дал мне возможность заглянуть в душу каждому в поисках разгадок.
С самого начала, как мы пришли с Борисом в ресторан, разговор этой шестерки «темных» мне показался странным. Они говорили в таком же завуалированном стиле, как это делала Алла в процессе своих деловых контактов. Но эти мужики так уж прямо о своей работе вроде бы не говорили, хотя какие-то совместные дела у них все-таки имелись. На обсуждение коррупционных схем беседа тоже не была похожа. И лишь когда я заглянул в третью по счету голову, до меня наконец-то дошло, что объединяет этих уродов — это была шайка педофилов!
Проверив всех остальных, я убедился в верности своего предположения и тут же, без каких-либо раздумий раздал всей компашке свой убойный пакет проклятий. А затем дал себе слово обобрать каждого до нитки. И если что-то не смогу или не захочу из-за ненадобности забрать у них, то обязательно постараюсь уничтожить. Например, обязательно сожгу машину дорогую или загородный дом.
Поэтому первым делом я снял с каждого всю личную информацию, чтобы ни один из этих ублюдков не ушел от меня — имя, должность, домашний и рабочий адреса, номера телефонов. А затем самым плотным образом начал рыться в голове у Бориса, выуживая информацию по его взяточническим схемам — партнеры, связи, дела, причем как уже отработанные, так и еще находящиеся в процессе. Я так понимал, что махинации Бориса могут меня вывести и на других подобных дельцов, с которых я мог бы знатно поживиться. Ну и, конечно, главной была необходимость выяснить все о его тайниках, где он прятал свой кэш и прочий ликвидный товар.
Закончив с Борисом, я понял, что любители детской «клубнички» расходиться по рабочим местам не торопятся, давая мне возможность основательно покопаться и в других мозгах, чем я и занялся. Постепенно до меня дошло, что эта встреча педофилов была не случайной — фактически эти уроды готовились к оргии, планировавшейся как раз на предстоящий вечер и ночь. И во тут я чуть не заржал в голос злодейским хохотом — размечтались, сволочи! Вот они удивятся, когда ни у кого из них сегодня не встанет отросток — проклятья ведь уже начали свое действие, и одно из них как раз дарило импотенцию!
В этот момент меня озарило — вся эта шестерка негодяев сегодня будет отсутствовать в своих домах, что дает мне дополнительные возможности для чистки их тайников. Вряд ли успею заскочить в гости к каждому, но буду к этому стремиться! Поэтому я снова полез к ним в мозги и сделал это довольно грубо, так как надо было торопиться, пока они не разошлись. Это было самое настоящее ментальное изнасилование, заставляющее их вспоминать, кто где хранит свои ценности.
Затем, когда я выяснил, что никто из этой шестерки не собирается после работы заезжать к себе домой, а все они сразу поедут в то место, где для них будет организована оргия, я решил, что надо сразу же заняться потрошением тайников этих уродов. И следует не упустить ту гниду, что устраивает подобные вечера для педофилов. Получалось, что меня ждал очень напряженный день. В итоге, подумав над получившимся графиком, я решил позвонить Свете:
— Дорогая, ты не хочешь сегодня похулиганить, а то я один, боюсь, не справлюсь с таким объемом шалости?
— Насколько это опасно?
— Да ничего особенного — украл, выпил, в тюрьму; украл, выпил, в тюрьму. Романтика, одним словом.
— Если тебе нужна моя помощь, то я готова. А что собственно надо будет делать?
— Грабить дома педофилов. Я тут сейчас побывал на сходке шестерых уродов, и у них сегодня запланирована оргия. Я хочу пройтись по их домам, пока они будут пытаться оживить свои червеобразные инструменты. Ну и организатора подобных мероприятий надо постараться не упустить.
— Я так понимаю, ты педофилов уже наградил проклятиями?
— Само собой.
— Думаешь, успеем всех обойти?
— Я очень хочу этого, а уж там как получится.
— Ладно, где встречаемся?
— Записывай первый адрес. И с общественным транспортом не связывайся — лучше лети напрямую.
Кто-то может подумать, что мы с женой идиоты, поскольку вели такие откровенные разговоры по сотовым. И я был бы того же мнения, если бы только мы не разговаривали на языке древних магов. Мы с друзьями с самого начала, как оказались в Москве, договорились все разговоры, которые не для посторонних ушей, вести на этом языке. И это правило было обязательным для всех переговоров по мобилам. Так что мы совсем не боялись быть услышанными.
— Ну что, каков план? — спросила Света, когда мы встретились в условленном месте.
— Прийти, увидеть, победить!
— А без метафор?
— Проникнуть, найти, стырить.
— Как ты себе это представляешь?
— Будем на месте — сообразим.
