Заброшенное кладбище. Ночь. Непроглядная темень. 31 октября 2020 года, идет празднование Хэллоуи́на. Двум чересчур самоуверенным недотепам приходит в голову неразумная мысль разыграть своих самых ближайших товарищей: они устраивают, казалось бы, самую безобидную сценку, изображающую мистическое воскрешение омерзительного покойника; он, при своей чудовищной жизни, проходившей в далекие восьмидесятые годы прошлого века, наводил на Советский Союз поистине нечеловеческий ужас, никакими словами невыразимый к своему описанию. Наивные! Как же они ошибались! В итоге невинная вроде бы вначале затея вдруг оборачивается кровавой резней, омерзительной и жестокой, а еще и массовой, и жуткой, и просто невероятной…
31 октября 2020 года, канун Дня всех святых, или, другими словами, праздник священного Хэллоуи́на. Ночь. Где-то на территории Ростовской области, недалеко от города Новочеркасска, по заброшенному кладбищу пробирается, следуя друг за другом, группа людей, состоящая из трех молодых девушек и двух юношей, примерно одного и того же возраста. Они двигаются осторожно, ступая, как это говорят, след в след, ни на шаг не отклоняясь от выбранного для какой-то непреодолимой цели маршрута.
– Послушай, Арсений, а где сейчас находится твой полоумный братец? – обратилась к их общему провожатому зеленоглазая блондинка, отличавшаяся бесподобной фигурой и едва достигшая восемнадцатилетнего возраста. – Что-то меня все это сильно «стремает»?
– Не знаю, Даша, – отвечал невероятно симпатичный и физически развитый парень, оказавшийся старше красотки не больше чем на год, – я и сам удивлен, что он отказался от такого крайне интересного дела и сослался на какие-то там личные интересы, самоустранившись от заведомо классного зрелища…
– Странно, – перебил его второй представитель сильного пола, замыкавший это необычное шествие (стоит заметить, он значительно уступал в физическом плане и привлекательности своему более развитому товарищу), – и еще мне такая вещь непонятна… вот ты говоришь – мы идем воскрешать «серийника», носящего прозвище Ростовского потрошителя, но, насколько мне известно, его похоронили на территории тюремных захоронений, а никак не здесь, в этом всеми забытом месте?
– Правильно, Костя, – подхватила черноволосая брюнетка, обладавшая невероятно привлекательной формой как лица, так и всего остального тела, и, разумеется, карими глазками, – мне тоже кажется, что все это полнейшая «лажа» и что зря мы согласились с этим экспериментом, тем более что меня уже начинает трясти то ли от холода, то ли от ужаса, то ли от самого этого и без того жуткого места. Может – пока еще не поздно! – стоит вернуться?
– Да не «парься» ты, Ксюха! – воскликнула рыжеволосая, как водится во всех таких компаниях, крайне непривлекательная особа. – Словно ты первый раз участвуешь в таких ночных выходках? Проведем обряд, немного в ходе него ужаснемся, а потом все вместе надо всем посмеемся.
– Хорошо, Кристина, тебе говорить, – возразила показавшая себя не очень храброй красотка, – как правило, во всех ужастиках выживают непременно такие, как ты, а сравнимые со мной всегда погибают.
– Что ты хочешь этим сказать?! – наигранно возмутилась наименее красивая девушка, прекрасно знавшая о своих недостатках и не питавшая особых иллюзий, что если ее отвергнут, то она вдруг каким-то чудесным образом станет кому-нибудь интересна.
Однако ответа на свое вполне справедливое требование она так и не получила, потому что шедший впереди всех Арсений внезапно приподнял кверху правую руку, остановился и зловещим шепотом вымолвил:
– Тихо вы, сварливые «клухи»! Чего попусту раскудахтались?! Кажется, мы уже пришли.
Команда была достаточно ясной, а «торжественность» момента и гнетущая обстановка также добавили ей уверенного оттенка и все, даже самые говорливые и в обычной жизни любящие поспорить, незамедлительно замолчали.
– Вот она эта могила, – проговорил вполголоса предводитель, наклоняясь к земле и вынимая из почвы условленный знак, поставленный им на этом участке заранее, – вот она та «железяка», что я оставил тут утром.
– Может, все-таки не стоит? – присоединилась к брюнетке блондинка, питая слабую надежду, что к ней все же кто-то прислушается и поддержит в праведном желании – покинуть это крайне мрачное место. – Пойдемте уже обратно… поверьте, лично моя кровь – уже! – наполнилась адреналином в достаточной мере, и притом в огромном избытке.
– Не переживай, трусиха, – обратилась к ней рыжая, участливо коснувшись плеча, – все будет нормально.
В этот момент их провожатый достал из-за пазухи какой-то сильно засаленный манускрипт, аккуратно сложенный и навеявший замогильным холодом; опускаясь на колени перед безымянной могилой, он снова поднял кверху правую руку, призывая всех ко вниманию. Его так называемые последователи сразу же перестали шушукаться и застыли неподвижно, в страхе и смятении дожидаясь начала ритуального действа, где даже у самой вроде бы стойкой Кристины кожа стянулась словно от холода, по ней побежали предательские мурашки, а в следующую секунду она вдруг почувствовала, как на голове зашевелились ее огненно-рыжие волосы.
– Перед тем как прочесть этот древний пергамент, составленный в стародавние времена одним таинственным магом и добытый мной, как известно, по случаю, – заговорил Арсений каким-то неестественным, словно бы замогильным, голосом, – хочу последний раз узнать у сопроводивших меня к месту захоронения безжалостного маньяка-убийцы товарищей: согласны ли они пройти весь путь до конца и вызвать на свет Божий того, кто наводил ужас на эту округу всю второю половину прошлого века?
– Я бы хотела… – попыталась в очередной раз протестовать белокурая Даша.
