Он с облегчением начал: «Хоть у кого-то хватило ума…» когда в дверь позвонили. От этого звука Линдолл вздрогнула. Этого звонка она ждала весь вечер.
Филип обнял ее за плечи и вгляделся в бледное лицо.
— Нельзя, чтобы кто-нибудь увидел меня здесь. Кто бы это мог быть? Постарайся спровадить его поскорее!
Лин молча кивнула. Звонок повторился, и она направилась к двери, но по пути успела сунуть пальто Филипа в сундук Лиллы, где хранились одеяла, и плотнее прикрыть дверь кухни.
На пороге стоял Пелем Трент. Он вошел сразу же, непринужденный и дружелюбный, как всегда.
— Вы одни дома, Лин? А мне захотелось повидать вас. Лилла еще не вернулась?
— Нет, сегодня она работает допоздна.
Они стояли у двери. Пелем повернулся, закрыл дверь, и тут Лин выпалила:
— Я тоже хотела видеть вас. И задать один вопрос.
Он удивленно приподнял брови.
— Тогда давайте пройдем в гостиную. Я ненадолго, поэтому снимать пальто не буду.
Лин преградила ему путь к комнате, где остался Филип.
— Вы знаете салон «Феликс»?
Удивление переросло в изумление.
— Дорогая моя Лин, зачем вы затеяли эту игру в загадки? Мне действительно надо поговорить с вами…
Она решительно перебила:
— А по-моему, знаете.
— Что вы имеете в виду?
Она продолжала ровным тоном:
— Видите ли, я следила за ней. Но не потому, что заподозрила. Просто мне не хотелось, чтобы она подумала… впрочем, неважно. Я услышала, как она произнесла: «Я могла бы написать Нелли Коллинз сама. Она безобидна». А вы ответили: «Это не вам решать».
Он застыл на месте, потрясение глядя на нее.
— Лин, вы спятили?
Она покачала головой.
— В то время я еще не знала, что это вы… не знала вплоть до сегодняшнего дня, пока вы не повторили те же слова. Тем же шепотом вы произнесли: «Это не вам решать». И тогда я все поняла, а вскоре убедилась, что не ошиблась. Я рассказала мисс Силвер и полицейским обо всем, что услышала, но не упомянула про вас. Мне следовало сказать все, но я решила сначала встретиться с вами — ведь мы были друзьями.
Едва выговорив эти слова, она поняла, что опять ошиблась. Этот человек никогда не был ее другом. Рядом с ним она оказалась в опасности. Эта мысль не покидала ее весь лень, но законченную форму приобрела только сейчас. Лин вскрикнула, и Филип Джоселин бросился к двери гостиной, а констебль отвлекся от размышлений о том, что такое «освещение» из четырех букв. Он вскочил, распахнул дверь и увидел незнакомого мужчину в пальто, схватившего мисс Армитидж за плечо и приставившего револьвер к ее виску.
Это же зрелище заставило замереть Филипа Джоселина. Пелем Трент видел его, но не констебля, и мгновенно нашел выход. Хриплым голосом он бросил Филипу:
— Джоселин, если сдвинешься с места — я прикончу ее из твоего револьвера. Ты болван, если надеялся заманить меня в эту ловушку. Ты опять сыграл мне на руку, а девчонка тебе помогла. Я давно хотел сказать тебе об этом. Не слишком ли много ты мнишь о себе? Напрасно ты гордишься своим именем и семьей. Теперь в каждой паршивой газетенке этой страны появятся заголовки: «Сэр Филип Джоселин и его подруга покончили жизнь самоубийством». Остальное можешь себе представить сам. А я, чтобы все выглядело убедительно, подойду поближе. Иди вперед, Лин!
Он зашагал по холлу, подталкивая Лин перед собой. Холодное дуло револьвера упиралось ей в висок.
Поначалу Лин ничего не понимала. Все произошло слишком быстро. И вдруг, словно благодаря вспышке молнии, она увидела, что они с Филипом стоят на краю бездны, и если она попытается вырваться, то умрет первой. А потом убийца застрелит и Филипа. Но стоит Пелему выстрелить, Филип бросится на него. Лин не знала, где констебль, дверь кухни осталась у нее за спиной. Даже если констебль услышит ее крик, подоспеть вовремя он не сумеет.
Все это она поняла мгновенно и не испугалась — потому, что считала себя уже мертвой. Словно со стороны, она Увидела, как убийца направил револьвер на Филипа. Оказалось, что этого момента она и ждала, напряженная, как туго скрученная пружина.
А когда момент наступил, она вцепилась обеими руками в правую руку Пелема Трента, рванула ее вниз, и Филип тут же сорвался с места. Гулкий звук выстрела раскатился по маленькому холлу. Со звоном лопнуло стекло, ветхий коврик заскользил под ногами Пелема, и все повалились на пол. Линдолл выбралась из-под мечущихся рук и ног, ( трудом поднялась и увидела, что констебль сидит на груди Пелема, а Филип держит его за ноги. Револьвер валялся в стороне. Линдолл подошла и подняла его. Ее колени дрожали, мысли путались. Зеркало над сундуком разбилось повсюду разлетелись блестящие осколки.
В гостиной она засунула револьвер между диванными подушками. Когда она вернулась, Филип сказал:
— Надо чем-нибудь связать его. Шнуры от штор подойдут. Неси их скорее!
Старший инспектор смотрел на мисс Силвер поверх своего стола. Его лицо выражало скромную радость с примесью гордости и чувства собственного достоинства. На щеках играл румянец. Сочным голосом он произнес:
— Итак, мисс Силвер, я решил, что вам будет небезынтересно узнать, что дело раскрыто.
