Я обернулась на возглас. Рут склонилась передо мной в глубоком реверансе, опустив голову.
Мысли в моей голове завертелись со скоростью волчка — С моим телом что-то не так! Вдруг у НИХ вместо двух грудей — три или одна, или совсем нет. Но в области лифа у Рут имелась некоторая выпуклость, это наводило на мысль о том, что все-таки что- то похожее на грудь у них имеется.
— А вдруг у них нет пупка? — снова пронеслась мысль в моей голове.
То, что я притопала в другой мир, я не сомневалась.
— Рут, что случилось? — с тревогой в голосе, спросила я.
— Госпожа, ваши руки!
Я посмотрела на свои руки, повертела кистями, пошевелила пальцами. Руки, как руки. Одна правая, другая левая. Не понимая испуга служанки, я пробежалась взглядом вверх по руке, и вот тут я пришла в шок, на моих плечах виднелся рисунок, как будто было сделано тату! Но я боюсь уколов и под страхом смертной казни, не смогла бы набить себе татуировку, тем более на две руки разом!
Я подскочила к зеркалу и стала разглядывать рисунок — какая-то вязь, переплетение не то букв, не то каких-то знаков.
Рисунки были не яркими, приглушенными, как будто их старались свести, яркость убрали, а сам контур рисунка не успели.
— Что это значит, Рут? — я повернулась к служанке.
— Дар! Ваш дар, госпожа, он проснулся! Я позову барона! — она развернулась и выбежала из комнаты.
А я тут голая стою, так- то! Нужно успеть накинуть на себя хоть что-то!
Дар? Дар чего? Как много вопросов! И ни одного ответа! И спросить не у кого. Надеюсь Нортон все мне объяснит. Я оделась, задрала рукава на блузке и стояла около зеркала — рассматривая затейливый рисунок, который еле был виден.
Раздался стук и через мгновение в дверь вошел Нортон.
Я обернулась. Мужчина, стоявший передо мной, мало походил на вчерашнего Нортона. Только седина на висках осталась, а так — передо мной стоял хорошо сложенный красивый гигант. В наших тренировочных фитнес центрах его бы поставили в уголок — как образец для подражания. Рубашка, застегнутая на все пуговицы, плотно обтягивала мощный торс, жилет только подчеркивал мощные габариты хозяина. Зеленые глаза, в обрамлении длинных и густых ресниц, смотрели прямо на меня с явно выраженным интересом, четко очерченные губы были плотно сжаты.
— Алисия, доброе утро! Мне передали, что у вас обнаружился Дар! Вы позволите мне рассмотреть вязь на ваших руках? — При этом в его глазах я заметила беспокойство и тревогу.
— Конечно, барон! Смотрите! — и повернулась в нему боком. Выставляя одно плечо вперед, что бы было лучше видно.
Нортон немного помедлил и осторожно коснулся рисунка. Лучше бы он этого не делал! Меня как будто током ударило! Я вскрикнула, а мужчина отдернул руку.
— Этого не может быть! — пробормотал Нортон.
— Чего не может быть? Что здесь происходит? Куда я попала? Что со мной? Я больна?
Нортон внимательно посмотрел на меня — Алисия, давайте с вами поговорим, только спокойно — предложил он.
Я кивнула.
— Пойдемте в мой кабинет, там будет удобнее. Я постараюсь ответить на большинство ваших вопросов.
— На большинство! Не на все? А только на большинство! — О, Божечки!
Я старалась не думать о сестре, которая уже, наверняка, пол города на уши поставила. О работе я тоже старалась не думать — уволят, так уволят. Но кто будет платить мою ипотеку! Этот вопрос занозой сидел в моем сознании, я не могла позволить, что бы и это ярмо упало на плечи Тани.
Я шла следом за бароном, погруженная в свои мысли, и чуть не воткнулась в него, когда он остановился перед дверью и собрался ее открыть, пропуская меня вперед. Машинально я выставила вперед руку и дотронулась до его груди. По моей ладошке побежали мурашки, а его зеленые глаза приобрели изумрудный оттенок. Казалось воздух начал вибрировать.
Я в испуге сделала шаг назад. Барон чуть наклонился вперед и произнес: — Проходите, Алисия, — распахнув дверь.
Я прошла в кабинет. Ничего лишнего. Стол, удобное кресло, шкаф, позади кресла окно, перед столом еще два кресла. На столе аккуратными стопками лежат какие-то бумаги и все. Ни статуэток, ни часов в золоченых рамах, ни канделябров и подсвечников — как я успела нарисовать себе в своем воображении.
Нортон прошел за стол.
— Присаживайтесь, Алисия.
Я села на одно из предложенных кресел, он опустился в свое. Открыл ящик стола и достал из него кулон. В кулоне как будто плескалась какая то жидкость.
— Это омут памяти вашей матушки — в любой момент вы можете окунуться туда и пережить каждое мгновение ее жизни, которое она решила запечатлеть для вас, если захотите конечно. Со временем я научу вас как им пользоваться. — с этими словами он протянул кулон мне.
Я взяла кулон и вопросительно уставилась на него.
— Алисия, ваши родители очень вас любили. Но и свою землю они любили также, — начал он, — поэтому, когда встала угроза для жизни их людей и вашей тоже, то они приняли решение спрятать вас, а затем, когда все здесь утрясется вернуться за вами. Но, к сожалению, сделать они этого не смогли, они исчезли, защищая свои земли от беды.
