Свернув за угол, Эдвард закрыл глаза, сделал глубокий вдох, как будто пробуя воздух на вкус, усмехнулся, взмахнул рукой и мы очутились в пузыре. Самом настоящем. Пространство вокруг начало искривляться и плыть, раскрашенное цветными радужными разводами. Затем мужчина прикоснулся к стене, надавил и часть стены ушла в сторону. Он пропустил меня вперед, прошел сам и снова надавил на небольшой выступ. Никакого входа не стало! Абсолютно гладкая стена.
Я огляделась. Небольшой запущенный садик, когда-то здесь вились дорожки, стояли небольшие лавочки, посредине имелась большая чаша — наверное, был фонтан. Все деревья стояли мертвые.
— Это было любимое место твоей матери. Здесь она чувствовала себя в безопасности. Здесь ты играла, когда присмотреть за тобой было некому. Я сейчас имею в виду магов. Оно защищено похлеще замка императора. Вход знали только избранные. То, что виднеется из окон замка, и то что видела твоя тетушка- искуснейшая иллюзия, не имеющая ничего общего с этим садиком. Нас не видят.
Эдвард сделал шаг, в его глазах плескалось ничем не прикрытое желание. От такой откровенности я растерялась и отступила, всего один маленький шажок и идти дальше некуда — стена. Я оперлась о стену, задрала голову и посмотрела прямо в изумрудные глаза моего дракона, передо мной стоял именно он. Вертикальный зрачок глаза явственно давал мне понять, что вскоре я снова встречусь со Змеем- Горынычем, правда с одной головой.
Он встал прямо напротив меня, опершись о стену двумя руками. Я оказалась между них. Эдвард начал медленно ко мне наклоняться, не сводя глаз с моих губ. В горле пересохло. Губы начало покалывать. Я потянулась к нему на встречу, его дыхание обожгло мое лицо.
— Ты прекрасна, моя любовь! — прошептал он.
Я закрыла глаза и подставила губы для поцелуя. Еще мгновение и наши губы соприкоснуться.
Хлопок и Эдварда отталкивает от меня невидимая сила. Я вскрикиваю. А потом слышу его смех.
Густой туман в голове начинает рассеиваться. Я открываю глаза. Передо мной стоит Тобик, радостно скаля свою огромную морду и пытаясь вилять хвостом, которого нет. А в зубах у него. О! Нет! У него в зубах небольшой кабан.
Радостно виляя задней частью тела, пес разжимает пасть и его ноша падает прямо к моим ногам. Из прокусов начинает густо течь кровь.
Мне стало дурно, я не могу на это смотреть.
— Дорогая, — со смехом говорит Эдвард — ты не можешь обидеть йокша. Похвали его. Он принес тебе добычу. Он признал тебя своей хозяйкой.
— И как мне его похвалить? Погладить по голове? — и я протянула к нему руку.
Пес отступил, в его взгляде я ясно различила возмущение.
— Нет, ты должна его поблагодарить, сказать ему это. Только мысленно. А еще попросить, что бы он не появлялся столь не вовремя.
— Интересно, и как я должна обозначить момент не вовремя?
Эдвард смеялся от души, как ему шел смех! Он преобразил его лицо до неузнаваемости.
— Дорогой, я бы сказала многоуважаемый пес, — начала я- позволь тебя поблагодарить от всей души, за столь приятный подарок, который ты мне подарил.
Тобик сел и внимательно меня слушая, склонял голову то в одну, то в другую сторону.
Давненько я себя дурой не ощущала. Кому скажи, что с собаками на полном серьезе разговариваешь, так и до больнички недалеко. Впрочем, о чем это я! В этом мире — это норма! Осталось освоить язык птиц, котов и прочей живности. А кстати! Насчет живности и котов!
— Эдвард, а у вас в замке, прости, у НАС в замке почему нет котов?
Эдвард снова выглядел так, как будто со всего размаха впечатался в стену.
— Знаешь, дорогая Алисия, ты так быстро меняешь ход своих мыслей, что я иногда не поспеваю — воскликнул он. — начнем с того что такое кот?
— Ни что, а кто. Это животное, которое ест мышей. Мыши у вас есть, я точно знаю. И называются они также.
— Нэко! Ты говоришь о нэко! Но это ночные животные, они спят днем. Их поэтому и не видно!
— Ясно, а то я уж расстроилась, я люблю котиков! Покажешь мне их?
Эдвард согласно кивнул.
— Собака удовлетворена моей благодарностью? — продолжила я.
— О да! — Эдвард все еще улыбался.
Снова хлопок и пса нет. Только мертвый кабан лежит на земле.
— Ну и что теперь с этим делать делать, Эдвард?
— Кабана мы отложим в сторону, а сами займемся — тяжелый вздох — магией.
Мужчина подошел к животинке, взял ее за копыта и перенес туда, где должен быть вход.
Подойдя ко мне, он, взяв меня за плечи, развернул меня к себе спиной.
Медленно спускаясь по моим рукам своими теплыми ладонями, Эдвард разжигал во мне огонь.
Мое дыхание начало прерываться.
Ладони Эдварда замедлили свое движение около моих запястий. Он наклонился к моему уху и обжигая своим дыханием произнес:
— Я сейчас сниму с тебя браслеты. Постарайся контролировать силу.
Я опустила взгляд на наши руки. На его запястьях болтались кулоны, прицепленные к браслетам. На нем тоже браслеты! Зачем?
— На мне браслеты, которые помогут в случае выброса магии.
— Проводники?
— Да проводники в кулоны. Готова?
Я кивнула.
Мгновение и мои браслеты лежат на земле. Сила, которая спала, рванула с моих ладоней. Если бы не Эдвард, наверняка все бы кончилось плачевно. Меня затошнило.
