Атлантида – на пороге гибели. Принц острова, желающий сохранить свой народ, пускается в тяжелое путешествие, чтобы найти место спасения. Недоверие, безответственность, сомнения – вот недруги, что стоят на его пути. Однако воля к победе, помощь друзей и любовь к Родине помогают найти выход. Параллельно перед читателем проносится череда отступлений, где описывается, как искажалась истина об Атлантиде. Это – повесть о чести, любви к жизни, преданности и силе, которые так требуются нам и сейчас.
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Важное предисловие
Здесь, на морском дне, среди жесткой красной глины дна и палочковых водорослей, была вечная тьма. Лучи света, испущенного звездой, теряли свою силу еще там, в неведомой высоте. Живущим здесь не нужны хрупкие глаза, зато ой как нужен крепкий кальциевый хребет, сопоставимый по прочности со стальной балкой, надежный инфразвук, достигающий отголосками самых дальних уголков многочисленных каверн, да предмет, могущий занять внимание существа, – многовековая толща вечной ночи отнюдь не изобиловала событиями.
История морского дна, бесконечная и мучительно медленно тянущаяся, подобно веренице усталых верблюдов, не была сопоставима с эволюциями истории живых существ, что находят себе пищу на привольных пастбищах с помощью резкого рывка тренированных мышц и цепкости взгляда.
Попади таковое существо в вечную ночь ледяной глубины, пусть даже там разлился бы мистически свет и осветил бесконечные равнины глубоководного шельфа… Даже глупая птица или веселый волчонок сошли бы с ума через несколько дней наблюдения полного отсутствия движения.
Но жизнь была.
Сейчас, в один из неотличимых друг от друга унылых моментов существования, здесь, в полуметре над плоским дном, висела рыба. Длиной около полуметра, ее сплющеное бугристое тело было однотонным, так что ляг она на ил – лишь легкий смутный абрис покажет различие текстуры поверхности.
Рыба не думала и не считала время. Мозг ее был слишком неразвит для того, что не являлось определяющим в ее существовании. Краем сознания она чувствовала, что висит неподвижно, не дрогнув ни мускулом, половину времени от тепла до тепла. Уже четырежды за ее жизнь приходило тепло, продолжалось некоторое время, угасало и оставляло рыбу снова в одиночестве.
Рыба не знала, но вместе с теплом приходил и редкий гость подводного царства – тусклый свет. Около одной из изъеденных пещерами скал, плавно уходящих в высоту на неведомое расстояние, было странное место. На вид, если б кто бросил на это пытливый взгляд, – узкая расщелина, дно и протяженность которой уходили далеко за шельфовый горизонт, а ширину глаз мог бы распознать без труда.
Родителями столь грандиозного сооружения были океанские тектонические плиты, что расходились одна от другой со скоростями, вполне соответствующими скоростям смены событий на дне океана, который уже тогда называли Атлантическим.
