— Да, но только никто не подумал, что криминалисты сами занесли её туда. Такая история уже однажды случалась в Германии. Никто не вспомнил, что этот Павлов работал на фабрике по производству ватных палочек. Вероятно, в силу рассеянности время от времени он забывал надевать перчатки — не знаю, так или иначе, но ватные палочки, которыми работали криминалисты, с самого начала были заражены его ДНК. Ни на одном из мест самоубийств он не был. Эти показания из него просто выбили.
— То есть закрывать нам некого?
Козлов ждёт этого вопроса, однако, когда он звучит, всё равно на мгновенье задумывается. Посмотрев на собственное отражение в зеркале, что висит теперь ровно напротив него, Александр набирает полные лёгкие воздуха и на выдохе говорит:
— Не-а… разве что море…
— Да уж, Сан Саныч… не для того я тебя туда посылал… Ну ладно, я подумаю… и решу, как со всем этим быть!
— Можно мне съездить в отпуск на недельку?
— Да-да, конечно, напиши заявление и валяй!
Спустившись на парковку, Козлов закуривает и, позвонив жене, сообщает, что собирается уехать на некоторое время.
— А твоя работа?
— Мне дали отгул. Я бы только хотел повидаться с Асей перед отъездом…
— Это хорошо, потому что вечером у меня как раз очень важные дела.
Вместе с дочерью Александр отправляется в торговый центр. После Острога ему хочется скупить ей весь мир. Пока девочка выбирает себе кукол, Козлов смотрит на людей, глядящих в телефоны. Когда все самые желанные игрушки приобретены, Александр предлагает дочери съесть мороженое, и маленькая Ася с радостью соглашается. Выбирают ванильное, карамельное и фисташковое. Три шарика каждому. Усаживаются возле большого аквариума и тотчас замечают маму. Козлов видит жену первым и мгновенье ещё надеется, что девочка не узнает её, но уже спустя секунду малышка радуется случайной встрече.
— Тише, Ась, давай не будем тревожить маму… Скажи лучше: тебе вкусно?
— Вкусно!
— И мне тоже…
— Пап, почему мама целует этого дядю?
— Ешь мороженое, милая, а то сейчас растает…
— А этот дядя теперь будет вместо тебя?
Козлов гладит дочь по щеке и понимает, что карамельное мороженое нравится ему больше фисташкового. Следователь делает глоток холодной колы и бурлит напитком. Девочка смеётся, и Александр чувствует, что на языке начинают шипеть тысячи мелких пузырьков, а ещё — что очень колет сердце.
Девочка обнимает отца, и, улыбнувшись от боли, Александр вспоминает теперь, что много лет назад в Греции пузырьки шипели точно так же.
Вечером Александр отвозит дочь, спрашивает у жены, как прошли её важные дела, и решает, что заезжать на съёмную квартиру уже не станет. Сев в машину, он отправляется в сторону маленькой деревеньки на озере близ городка Сортавала, чтобы впервые за долгое время уснуть дома.
В маленьком карельском городке, где заканчивается осень и эта история, как вы наверняка помните, с самого утра идёт снег. Александр действительно смотрит на бумагу, но за карандаш не берётся. В доме и впрямь по-настоящему тихо, и мать Козлова взаправду поливает цветы, а отец собирает мозаику.
Выйдя на улицу, Александр в самом деле шагает в сторону озера и уже на берегу замечает вдруг одинокого, выбравшегося на сушу лебедя. Несколько минут следователь пристально смотрит на птицу, а затем спокойно достаёт из куртки пистолет, и над лесом раздаётся эхо выстрела…
