Возвращение Жанны д‘Арк полностью

Меланшон выждал почти две недели — и дал залп из орудий большого калибра.

27 января 2012 г., в день памяти жертв Холокоста, в Вене прошел традиционный бал, организованный Корпорацией венских студентов. Марин приняла участие в этом мероприятии, получив личное приглашение лидера австрийской Партии Свободы Ханса-Кристиана Штрахе. Однако еще не успели погаснуть освещавшие бал хрустальные люстры, как левая австрийская общественность обрушилась на Корпорацию венских студентов, обвинив ее в том, что их ежегодная «вечеринка» собирает европейских неонацистов.

Некая организация, именуемая «SOS-Расизм» выпустила коммюнике, в котором заявила: под крылом Корпорации свила гнездо группировка неонацистов, во главе которой стоит третий вице-спикер австрийской Партии Свободы Мартин Граф. Скандал развивался быстро: австрийские левые собрали многотысячную демонстрацию, прошедшую по улицам зимней Вены с антинацистскими лозунгами. Комиссия UNESCO оперативно исключила балы из списка нематериального культурного наследия Австрии. А в европейской прессе поднялась мощная кампания против АПС и ее лидера Штрахе (понятно, что Венская корпорация студентов сама по себе мало кого волновала). Досталось и Марин Ле Пен, у которой на носу были президентские выборы.

Естественно, противники президента НФ не могли пройти мимо такого роскошного «подарка». «Несчастная Марин ковыляет из одной идиотской ситуации в другую, — прокомментировал ее появление на венском балу Жан-Люк Меланшон. — Она довольно ограниченная особа, без особого чувства юмора или воображения… все время повторяет формулы, которые позаимствовала у других…»

Марин пыталась сделать хорошую мину при плохой игре. Когда журналисты спрашивали ее, сожалеет ли она о своем появлении на бале в Вене, она отвечала:

«Это дело — скандал чистой воды. Если хоть немного присмотреться к обстоятельствам, то становится ясно, что эти обвинения, которые выдвинули ультралевые группы и получающие от них финансирования ассоциации, такие как SOS Racisme, всего лишь клевета. АПС — это популистская, патриотическая партия, которая выступает против иммиграции и евроцентризма. В Австрии ее поддерживают 30 % избирателей».

На 23 февраля была намечена телевизионная дуэль в эфире канала France-2, но Марин поначалу отказывалась вести дебаты с Меланшоном, пока тот не принесет ей публичные извинения. Лидер Левого фронта, не скрывая удовлетворения, объявил, что «Марин струсила». Дебаты все же состоялись, и превратились в словесное избиение президента НФ. «Оскорбляя меня, вы оскорбляете миллионы французов и 40 % рабочих, которые собираются за меня голосовать», — отбивалась она. Возможно, она была права, и на ее стороне действительно были симпатии рабочих, но телеаудитория больше поддерживала Меланшона, который постоянно перебивал ее язвительными репликами. Марин нервничала, допускала большие паузы, в которые опытный Меланшон немедленно вклинивался к большому удовольствию аудитории.

«Я не дискутирую здесь с господином Меланшоном», — пыталась Марин уйти от прямого столкновения, но лидер Левого Фронта тут же загонял ее в угол: «В таком случае, мадам, что же вы здесь делаете?».[135]

Теледебаты вызвали резкую реакцию Жан-Мари Ле Пена, который назвал Меланшона «проходимцем» и вызвал его на дебаты, пообещав прилюдно «спустить с него трусы». «Я всем покажу, кто это такой, кандидат коммунистов, у которого руки в крови до самых локтей», — бушевал Менгир. Вызов Меланшон, как и следовало ожидать, проигнорировал, а на «руки в крови» отреагировал: «Да, у коммунистов руки в крови до локтей, но это кровь захватчиков, нацистов и всех, кого они побеждали, отстаивая свободу», — заявил он в эфире канала France-5. Он продолжал нападки на Марин, называя ее «лидером, достойным жалости», и подчеркивая, что во время дебатов она не могла ответить ни на один его вопрос.

Меж тем, рейтинг Меланшона неотвратимо рос: если в феврале 2012 г. за него изъявляло желание голосовать всего 8 % избирателей, то за несколько дней до первого тура эта цифра выросла до 15 %. Неожиданно высокий рейтинг Меланшона превратил его в «темную лошадку» президентской кампании: высказывались предположения, что он изначально шел на выборы, чтобы сыграть роль «третьего кандидата», максимально ослабив Марин Ле Пен.

Марин, разумеется, видела грозившую ей опасность, но поделать ничего уже не могла. В интервью Le Figaro за месяц до выборов — она обрушилась на Меланшона, назвав его «частью системы, с которой он, по его словам, ведет борьбу».