Крик колдуна разнёсся по всей пещере и, ударяясь о каменные своды, умчался вглубь подземного лабиринта. Маг, со сжатой в руке Костью, рухнул вниз, скатившись со сталагмита, и крутился по каменному полу, крича от невыносимой боли. Держась свободной рукой за правую ногу, увидел, как бедро просто опадает наземь, словно сгусток слизи. В бедре исчезла опора — его собственная кость, причиняя при этом адские страдания, кость будто пилили внутри плоти. Маг видел, как его нога превращается в дряблый кусок мяса. Он кричал и понимал, что проклятье, в которое не верил, оказалось правдивым, и ему не помогла сила перчатки, заклинания с оберегами, ничего не помогло. Против такой силы он был беспомощен…
— Мне кажется, Амхиваль, что ты напрасно это затеял, — сказал молодой парень, сидя напротив мага.
Они находились в небольшом трактире, недалеко от разрушенных катакомб, где, как думал колдун, и должна быть Кость. Он потратил много времени, прежде чем нашёл это место. Помогли ему в этом старинные документы и пара наводчиков, которые смогли подтвердить догадки. Заброшенная шахта, никто бы и не подумал искать легендарный артефакт здесь.
Но Амхиваль здесь. И было приятной неожиданностью встретить своего старого приятеля — Эбиро, ещё одного колдуна. Только вот этот совсем не походил на обычного чародея. Хоть и было ему за семьдесят, выглядел он лет под тридцать. Для колдуна это несложная проблема. Эбиро был блондином со смазливым личиком и с серьгой в левом ухе. Но помимо лица и блистающих зелёных глаз, он обладал удивительной способностью привлекать женщин одним лишь присутствием. И это была не магия, по крайней мере, он делал это не нарочно, это происходило, само собой.
Вот и сейчас проходящая мимо девушка в сопровождение молодого кавалера в гвардейских доспехах, незаметно для своего ухажёра, провела ладонью по плечам мага и мило улыбнулась, удаляясь от сидящих.
— Я не виноват, — развёл руками парень.
— Плевать, — Амхиваль сделал ещё глоток из кружки и опустил её на стол. — Я должен найти Кость, чтобы вернуть её.
— Её, — хмыкнул Эбиро. — Ей было около двадцати, когда это случилось? Сколько прошло времени?
— Какая разница?
— Большая, друг мой, большая. Ты хочешь воскресить девочку, у которой ветер в голове. Она же была дочкой бургомистра, капризная и эгоистичная маленькая стерва. Ты проделал огромный путь, только ради того, чтобы вернуть её к себе, но я что-то не помню, чтобы она была твоей. Она же всегда была ш…
— Хватит! — резко прервал его колдун. — Не желаю этого слушать! Ты её не знал!
— Ох, конечно. Я не знал, мясник не знал, сын его не знал, парни из конюшни тоже её не знали. Никто не знал, один лишь ты! — собеседник тоже не желал сдаваться, убеждённый в своей правоте. — Прошло столько десятилетий, а ты так и не смог её забыть? Неужели не было девушки, которая не смогла затмить её? Возле тебя кружилось столько девиц, которые часто оказывались в твоей постели, но дальше ничего не было.
— Она одна такая…
— О, боги, — Эбиро закатил глаза. — Да возле тебя такая женщина, о которой можно лишь мечтать, а ты всё…
— Ера мой ученик и не более.
— Не более?
— Ну, — несколько замялся Амхиваль. — Да, мы спали, но я никогда не ставил её выше…
— Да почему, чёрт возьми?!
— Я любил Зару! Мы были счастливы вместе…
— Сколько?
— Недолго, — печально кивнул Амхиваль. — Но это было лучшее время в моей жизни. А все эти разговоры — всего лишь сплетни. Она была невинна, когда мы познакомились.
— О-о-о, — протянул его друг. — Так ты любитель молоденьких?
— Да какого чёрта я с тобой тут препираюсь?! — обиженно воскликнул тот и встал из-за стола.
— Да стой, стой, — рассмеявшись, Эбиро схватил его за рукав. — Не обижайся. Я же просто хочу, чтобы ты понял, что сам не знаешь, на что идёшь.
— Я знаю…
— Нет, не знаешь. Потому что этого давно никто не делал. Помнишь, как Белог пытался вернуть свою дочь? Что из этого вышло? — пристально посмотрел на друга. — Мы потом ещё несколько месяцев разгребали завалы. Я к тому, что если у тебя и получится, то всё может оказаться не таким, каким бы хотелось.
Колдун печально вздохнул:
— Понимаю, но я люблю её.
— Любовь, любовь, — глаза парня смотрели на друга насмешливо и в то же время сочувствующе. — Чёрт возьми, дружище, ты взрослый чародей, который в щепки распылить такого, как я, а ведёшь себя, как шестнадцатилетний пацан.
— Эх, я-то надеялся, что хоть ты меня поддержишь.
— Именно этим я и занимаюсь.
— М-да, — с этим Амхиваль всё же ушёл.
Была сильная гроза, когда маг вернулся к себе на маяк. Да, он жил на маяке, а все эти замки, дворцы и башни были для него слишком пафосные. Хотя многие из его знакомых чародеев жили в подобных условиях, создавая себе репутацию либо мага — отшельника, либо злого колдуна. Именно поэтому, Амхиваль и выбрал себе маяк, чтобы не попадать под категорию всех этих сказочных волшебников.