Возвратный тоталитаризм. Том 1 полностью

Таблица 50.1

Как вы считаете, в какой мере органы власти России поражены сейчас коррупцией?

N = 1600.

Таблица 51.1

Как вы думаете, что сейчас в большей мере волнует окружение Путина: проблемы страны или личные материальные интересы?

Таблица 52.1

Как вы считаете, руководствуется ли российская власть сегодня интересами таких людей, как вы, и если нет, то почему?

N = 1600.

Институциональные последствия крымской мобилизации. Социальные последствия событий 2014–2016 годов (в первую очередь – резкого повышения «курса» институтов, использующих ценности насилия для усиления собственного влияния) для переформатирования массового сознания вполне сопоставимы с последствиями таких событий, как расстрел парламента в 1993 году, который потянул за собой усиление влияния армии и спецслужб, первую чеченскую войну, и оборвал в конечном счете слабый тренд демократизации России и становления правового государства.

Таблица 53.1

Что, на ваш взгляд, является главным препятствием на пути развития России?

N = 1600.

Рис. 32.1. Какое из следующих высказываний о руководстве страны ближе всего к вашей точке зрения?

Крымская волна мобилизации закрепила цикл институциональных изменений 2012–2017 годов, последовавших в ответ на массовые протесты в крупных городах и ослабление легитимности Путина. Речь идет об ужесточении законодательства, судебной и правоприменительной практики, направленной против любых форм самоорганизации общества, неподконтрольных Кремлю или региональным властям, о расширении полномочий политической полиции и спецслужб (и так наделенных «чрезвычайными правами» действовать вне рамок Конституции и законов), установлении монополии цензуры (Роскомнадзора) и администрации президента в информационном пространстве. Символом этих изменений стало создание мощной военизированной структуры – Росгвардии (по оценке А. Гольца, сопоставимой по численности со всеми сухопутными войсками России), получившей специальную задачу и особые полномочия бороться с «массовыми беспорядками» (то есть с любыми выступлениями недовольных политикой властей) всеми средствами, включая разрешение стрелять в людей. По сути, это кульминация паранойи режима в отношении угрозы «цветных революций», повторения «майданов» в России.

В правовом плане такие изменения означали кастрацию Конституции и приведение ее к состоянию юридической ничтожности, поскольку не работают более 50 (из 137) ее основных статей, прежде всего тех, что определяют порядок формирования власти, разделения властей, свободы и права человека, контроль общества над властью[102]. Как результат, деградация законодательной деятельности и полная зависимость судебной системы от Администрации президента или от соответствующих региональных властей. Реальное отношение россиян к суду описано в целом ряде работ специалистов «Левада-Центра»[103].

Наиболее важные последствия этого состояния заключаются в размывании массовых представлений о социальной норме, в первую очередь правовой норме. Исчезает граница между допустимым и возможным, становится неясным, что такое правонарушение и «преступление», когда оно касается действий высокопоставленных чиновников и политиков. Но если нет социальной нормы. «правила социального поведения», то нельзя говорить об универсальных в своей значимости социальных институтах, составляющих каркас коллективного существования, определяющих устойчивость социального порядка, предсказуемость действий других, ресурсы доверия и будущее. Нет закрепленных и воспроизводимых образцов, на которые могут ориентироваться и ориентируются действующие лица, вне зависимости от своих мотивов, нет, соответственно, возможности учитывать потенциальные санкции за несоблюдение норм и, напротив, гратификацию за добропорядочность и честность поведения. Откат или рейдерский захват чужого бизнеса – это преступление или норма поведения тех, у кого для этого достаточно сил, влияния, авторитетных властных позиций? Вынесение неправосудного решения судьями – это обычай или преступление? Каким образом у людей, причастных к власти, возникают состояния, в сотни раз превышающие их суммарные годовые заработки за все время их госслужбы? Откуда среди наших депутатов столько долларовых миллионеров, почему приход во власть означает стремительное обогащение? (Едва ли все они такие же гении предпринимательства, как Билл Гейтс.) Кто определяет «объективность» соответствующих квалификаций социального действия как нарушения нормы?