Хикахи ближайший друг Джиллиан среди дельфинов, они близки так же, как Том с Крайдайки или Тшут. Джиллиан в очередной раз удивилась, почему помощником капитана был назначен Такката-Джим, а не Хикахи. Это не имеет смысла. Можно только предположить, что решение было принято из политических соображений. Такката-Джим – стенос. Вероятно, к отбору экипажа приложил руку Игнасио Метц. Он еще на Земле выступал активным сторонником некоторых видовых разновидностей дельфинов. Джиллиан не стала записывать эти мысли. На праздные рассуждения у нее нет времени.
И вообще – пора вернуться к Херби.
Она закрыла дневник, встала и подошла к столу стасиса, где в поле замедленного времени плавало высохшее тело.
Древний труп улыбался сквозь стекло.
Это не человек. Когда он жил, дышал и управлял космическими кораблями, на Земле еще не было даже многоклеточных организмов. Но чем-то он напоминает человека. У него прямые руки и ноги, похожие на человеческие голова и шея. Челюсти и глазные впадины выглядят необычно, но улыбка у черепа все же человеческая.
"Сколько тебе лет, Херби? – мысленно спросила Джиллиан. – Сколько миллиардов лет? Один? Два?
Почему твой флот, все эти древние корабли, ждал так долго и оставался незамеченным, пока не появились мы? Мы, группа волчат, неизвестно как возникших людей, и лишь недавно возвышенных дельфинов? Почему именно мы нашли тебя?
И почему одна-единственная твоя голограмма, переданная на Землю, свела с ума половину рас патронов галактики?" Микро-Библиотека «Стремительного» ничем не помогла. Она наотрез отказывалась узнавать Херби. Может, она что-то утаивает или слишком мала, чтобы помнить так много лет назад существовавшую расу.
Том просил Нисса заняться этим. Но саркастической тимбримийской машине пока не удалось добиться ответа.
Выкраивая время от занятий в лаборатории и лазарете, Джиллиан находила ежедневно по несколько часов, чтобы незаметно осматривать останки, надеясь понять, что привело в такое возбуждение ити. Если она не поймет, не поймет никто.
И заняться этим надо сегодня.
«Бедный Том, – с улыбкой подумала Джиллиан. – Он появляется вечерами, выжатый, а я прихожу в возбуждение. Он молодчина, что еще замечает меня!» Она взяла пионный микрофон.
«Ну ладно, Херби, нельзя ли установить, какой у тебя был мозг?».
– Простите, доктор Метц, капитан с Томасссом Орли в оружейной секции. Я могу быть чем-то полезен?…
Такката-Джим неизменно вежлив. Его англик даже в оксиводе оставался почти безупречным. Игнасио Метц не смог сдержать одобрительной улыбки.
Такката-Джим его очень интересовал.
– Нет, помощник капитана. Я заглянул на мостик, чтобы узнать, вернулась ли исследовательская группа.
– Нет. Мы можем только ждать.
Метц сочувственно зацокал. Он был уверен, что группа Хикахи погибла.
– Ну ладно. Галакты не предлагают вступить в переговоры?
Такката-Джим повернул свою большую пятнисто-серую голову слева направо.
– К сожалению, сэр. Их больше интересует взаимное убийство. Похоже, каждый час в системе Ктсимини появляется новый военный флот и вступает в схватку. Много воды утечет, прежде чем настанет черед дипломатии.
Доктор Метц нахмурился: нелогичность его смущала. Если бы галакты были благоразумны, они позволили бы «Стремительному» передать свое открытие в Институт Библиотеки и покончить с этим. И все получили бы равные возможности!
Но галактическая цивилизация едина больше на словах. И слишком у многих воинственных рас есть большие корабли и оружие.
"И вот мы оказываемся в самом центре, – подумал он, – и все от нас чего-то хотят.
Сомнительно, чтобы им был нужен только древний флот. Что-то более важное движет ими. Джиллиан Баскин и Том Орли что-то нашли в Мелком скоплении. Интересно, что?"
– Не пообедаете ли со мной сегодня, доктор Метц?
Метц мигнул. Какой сегодня день? Кажется, среда.
– Разумеется, помощник капитана. Ваше общество и беседа, как всегда, весьма желательны. Скажем, в шесть с чем-нибудь?
– Может, в девятнадцать ноль-ноль будет удобней, сссэр? Я в это время сдаю вахту.
– Хорошо.
Такката-Джим кивнул. Повернулся и поплыл на свое место.
Метц оценивающе смотрел ему вслед.
«Он лучший из моих стеносов, – подумал Метц. – И не знает, что я его крестный отец… геноотец. Но я им горжусь».
Все дельфины на борту относятся к виду Tursiopus amicus. Но некоторым добавлены гены Stenos bredanensis, глубоководного дельфина, наиболее близкого к афалине по разуму.
Дикие bredanensis имели репутацию исключительно любопытных животных, пренебрегающих опасностью. И Метц настоял на том, чтобы в генетический бассейн неофинов добавили ДНК этого вида. На Земле большинство стеносов развивались вполне удовлетворительно, проявляя необычайную инициативу и ум.
Но несдержанность и буйный темперамент стеносов вызвал жалобы земных береговых общин. Метцу пришлось очень напряженно работать, чтобы убедить Совет доверить нескольким стеносам ответственные посты на борту первого космического корабля с дельфиньим экипажем.
