— Не скажу, — улыбнулся Лорд, что очень любил шутить над смертными, — но ради нашей дружбы скажу так, с тобой останется всего четыре. По одному ребенку от каждой жены. Остальные будут платой за твои действия.
Клаус разозлился, но практически сразу же подавил свой гнев. Он прекрасно понимал, что изменить ничего не сможет. К тому же, нечто подобное в любом случае должно было произойти, разница лишь в том, что он мог бы решать, куда попали бы его дети. А сейчас, он этого выбора был лишен.
— Я тебя услышал, — сквозь зубы выдавил Клаус, — это все?
— Не надо так злиться. Ты сам во всем виноват, — покачал головой Маврок, — скажи спасибо, что Варт присматривал за всем твоим хозяйством.
— Присматривал? — вырвалось у Клауса, — а какого марла, он допустил появление богов и их благословленных последователей?
— А вот тут, ты ошибаешься, — оскалился Лорд, — всего один, причем в той галактике, где ты сейчас находишься. Я уже молчу о том, что самого бога не пускают. Только его старший жрец, наделенный особыми полномочиями. Это так, чтобы тебе было не скучно.
— А жуки? — спросил Клаус, в надежде, что Маврок расскажет что-то важное.
— А вот тут, друг мой, сам. Все сам, — поднял руки вверх Лорд, — и вообще. Что-то мы с тобой заболтались. Так что все, бывай, увидимся через двадцать лет.
После его слов, Клаус почувствовал, как его куда-то затягивает, чтобы в следующее мгновенье проснуться и открыть глаза. Он был в своей кровати на борту Фентара, а рядом спала Мишель. Они уже пересекли пространство Империи и вскоре должны были прибыть в систему Москва. Разговор с одним из Лордов соседней Вселенной был не самый приятный, но что-то такое должно было произойти. Мирозданье справедливо и от этой справедливости никуда не денешься. Посмотрев на мирно спящую Мишель, он задумался. Как она отреагирует на то, что их будущие дети рано или поздно покинут их? Сможет ли понять? Впрочем, рано или поздно, но подобным вопросом задаются все родители. В любом случае, все это было впереди, а пока, можно было поспать.
Система Фарзум, станция Берег, пространство Содружества.
Система Фарзум находилась практически в центре галактики и была тем местом, куда стремились попасть многие. В системе находилась космическая станция Берег, которая своими размерами могла сравниться с целой планетой. Эта станция строилась не одну тысячу лет и до сих пор продолжала расти. Каждая разумная раса, что входила в состав Содружества, имела не только свое представительство, но и небольшую колонию. Это делалось специально на тот случай, если по каким-то причинам, раса окажется на грани вымирания. Были случаи, когда в галактике происходили эпидемии, которые затрагивали только определенные виды разумных и именно благодаря станции Берег, многие из них сумели выжить и возродить свою цивилизацию, в чем им помогало все Содружество. Впрочем, подобное давно уже не происходило.
Станция Берег, была тем центром, куда стекались все, кто искал лучшей жизни. Тут было все, что только мог бы представить себе разумный. Ходили слухи, что можно было даже найти и купить корабль древних, но верили в это не все. Как ни крути, а про старшие расы помнили все и прекрасно понимали, что они не позволят, кому бы то ни было, получить технологии Древних. Впрочем, для многих молодых рас, представители старших рас были подобны этим самым Древним. Шутка ли, но в составе Содружества было больше пятидесяти тысяч молодых рас, чей технологический уровень варьировался от пятого, до восьмого, в то время как у старших рас был двенадцатый уровень и ходили слухи, что они планируют переходить на тринадцатый.
Харин, сын Варина из рода Каменных Сердец, знал об этом как никто другой. Он был послом Королевства Друниар и знал очень многое. Как ни крути, а на такую должность абы кого посадить было нельзя. А он, будучи младшим братом Короля, подходил как никто другой. Именно он, вот уже как тридцать шесть лет сидел на станции Берег в качестве посла Королевства, а так же был его представителем в Совете Старших. Собственно, он сейчас и ехал на очередную встречу. В последнее время, Совету приходилось собираться все чаще и чаще. Галактика бурлила и многие чувствовали, что что-то грядет. Что-то нехорошее. И дело было совсем не в проклятых Захари, которые резко поумнели и перешли к мирным переговорам.
