Если первый бой больше вмещал в себя умения сражаться холодным оружием, и усиливать своё тело с помощью магии, то второй в основном ориентировался на противостоянии различными заклинаниями. Перегрин в основном использовал телекинез, меняя траекторию удара охранника, или тормозил его скорость, чтобы не дать возможности уклониться от оружия, которым выступала призванная булава — заклинание из школы Колдовства.
В итоге все закончилось удачно для обоих гостей:
— Вы оба сражались с достойностью… Можете пройти… — указал он в сторону костяного моста, — Давно уже живые не входили в эти стены. Да хранит вас Шор на вашем пути.
Довакин и король отправились в сторону величественных чертогов. Их ступни касались массивных костей, взор же был направлен вперёд. Завораживающее зрелище, которое они не смогут забыть.
— Уже начинала забывать, что ты и хороший воин, — Перегрин лишь хмыкнул, продолжая идти. — От тебя редко можно увидеть сражение в ближнем бою… Хотя, всё же ты больше полагаешься на магию.
— Поэтому я не считаю это достойным общения. Боец из меня… Только из-за моих физических возможностей меня можно так назвать. Я маг, так было, так есть, и думаю… Да, так будет дальше.
— Хм, ну, твоя магия вносит побольше пользы в сражение с теми же драконами, нежели сталь.
— Ты решила обсудить наши положительные качества?
— Я… Пытаюсь сдержать мандраж… Это же Совнгард, Зал доблести. Попасть сюда будучи живой, о таком я даже не мечтала.
— Ладно, тогда пора зайти внутрь, — Перегрин не стал удерживать внимание на её состояние. — Посмотрим на это здание изнутри, — он положил свою руку на костяную ручку, потянув высокую дверь на себя.
Их накрыл яркий свет. Серое пространство Совнгарда, освещаемое только сиянием небес, сменилось яркостью праздничной атмосферы.
Яркое помещение, поистине огромных размеров, встретило их праздничной атмосферой. Вдоль были расставлены столы с яствами. В крупных кружках был разлит алкоголь, их быстро разбирали норды, общающиеся друг с другом.
Это место словно во всём пыталось показать своё величие, даже мясо здесь жарилось на подобии великанской кулинарии: целых коров подвешивали над костром. Только, в отличии от простоты великанов, здесь костёр был посреди искусно сделанной конструкции, к центру которой вели каменные ступеньки.
Где-то встороне в дружеской борьбе сошлись парочка нордов, подбадриваемые собравшимися вокруг драчунов. Некоторые же решили сами взять с них пример, вместо того чтобы просто наблюдать в сторонке, выкрикивая напутственные слова между глотками пойла.
Их заметили сразу, стоило им закрыть одну из входных дверей. Один из нордов, обернувшийся на звук, пошёл в их сторону. Он был одет в древнюю броню, такую сейчас только на драуграх увидеть можно.
К удивлению вошедший, он сразу определил особенность одного из них:
— Добро пожаловать, меня зовут Исграмор. Неужто это Довакин! Никто не входил в эту дверь с тех пор, как Алдуин поставил тут свой капкан для душ. По воле Шора мы вложили клинки в ножны и не пошли в долину темной мглы. Но трое ждут твоего знака, чтобы обрушить свой гнев на злобного недруга, — его взгляд переместился в центр зала, там у одного стола стояла троица нордов. — Гормлейт бесстрашная, преданная битве; Хакон благородный, с тяжелой рукою; Феллдир Старый, провидец мрачный, — перечислил их по порядку. — Пиры и яства ничто по сравнению со звоном стали — песней битвы. Трое ждут твоего знака, чтобы обрушить свой гнев на злобного недруга, — на этом Исграмор решил откланяться, оставив Ингрид и Перегрина.
— Что же, вперёд, — подтолкнул её спутник. — Вот наша помощь.
— Ты знал об этом? Что они помогут нам с Алдуином?
— Догадывался. И догадки оправдались.
— Пусть будет так, — она не стала больше расспрашивать, а сразу отправилась вперёд, петляя между снующими туда-сюда нордами. Перегрин следовал за ней не отставая.
Их поприветствовали странным способом, если можно вообще назвать приветствием, когда одна из троицы достала свой клинок из ножен, но не для драки с ними:
— Наконец-то! Теперь мы сможем покончить с Алдуином — скажи только слово, и мы с легкими сердцами пойдем и сразим червя, где бы он ни был, — с уверенностью в голосе промолвила Гормлейт Золотая Рукоять. Она была в стальных пластинчатых доспехах, а в руке держала одноручный меч в том же стиле, в котором он встречался у драугров.
У каждого из их троицы было похожее оружие, отличалась только броня. На мужчине средних лет была похожая на Исграмора, а на старце находилась мантия, напоминающая одеяния Седобородых.
— Стойте, друзья, давайте посоветуемся, прежде чем слепо бросаться в бой, — решил замедлить её рвения старец, коего звали Феллдир. — Туман Алдуина — не просто ловушка, это теневая мгла — его щит и плащ. Но собрав наши Голоса, нашу общую доблесть, мы сможем развеять туман и вызвать его на бой.
— Феллдир мудр — трусливый Пожиратель Мира боится тебя, Довакин. Опасается твоего Голоса. Мы должны разогнать его туман, кричать вместе, а затем обнажить клинки в отчаянной битве с чернокрылым врагом, — высказался последний из них — Хакон.
