— Мог бы и сообразить, раз я оставила телефон, значит мне можно звонить… Да и нет у меня никаких детей. Я это нарочно придумала, чтоб увидеть твою реакцию, понять — любишь ли ты детей… А мужья были. Целых два. Оба пьяницы, как эти, — она кивнула на доминошников.
— Надеюсь, ты не из их числа? — не дожидаясь ответа, она схватила меня под руку.
— Пойдем! — и повела к машине.
Ира круто взялась за меня: привезла к себе, показала свои рисунки и шитье (она работала модельером), объяснила разницу между ее ухоженной сверкающей квартирой и моей, «просто приличной», и тут же, как свежую идею, выдвинула предложение — переехать к ней. У меня не оставалось времени на раздумья.
Так я вступил во второй брак — к счастью, только гражданский.
Эта моя семейная жизнь длилась еще меньше, чем предыдущая, с Ларисой. Казалось бы, с возрастом создать хорошую семью проще: вы уже раскрепощены, материально независимы, но не тут-то было! У каждого уже свои взгляды, вкусы, привычки — попробуй их соединить! А если еще и характеры несовместимые?
Ира была крайне вздорная, издерганная особа; у нее, как у многих творческих натур, постоянно шла борьба с самой собой. И со мной. Она все время нуждалась в стрессе, накале — для зарядки на творчество. А мне было каково, представляете?! Она скандалила по пустякам: то я «плохо вымыл посуду», то «пришел выпивши», то «зыркаю на девиц», при этом строила невинные глазки (вот актриса!) и восклицала:
— Как из тебя сделать положительного мужчину, не представляю!
Она дебоширила, забирала мою энергию, после чего спокойно работала, а я, опустошенный, еще долго приходил в себя; только очухаюсь, она вновь к чему-нибудь придерется, черпанет моей энергии. Чего я только не слышал! Особенно после выпивки с друзьями.
— …Ты жуткий эгоист, живешь в свое удовольствие. А ко мне относишься потребительски… И немедленно брось пить и курить! (она хотела сделать из меня «экологически чистого человека»).
Частенько она взрывалась:
— …Тебя ничего не интересует!.. Закопался в своих бумажках, даже гитару забросил!
Унижая меня, она как бы подчеркивала свое совершенство, и тем самым привязывала к себе. В общем, у нас были острые ненадежные отношения. За полгода, что мы прожили вместе, Ирина забрала всю мою энергию. Сотни раз я уходил и проклинал свою женушку и сотни раз возвращался — становилось жалко ее, взбалмошную, одинокую, праведную; как все прикину на холодную голову, — получается, она во многом права. Ну а через полгода у нее случился приступ безумия — она стала просто-напросто меня оскорблять.
— …Ты по сути нищий. Духовно! И неудачник. Тебе уже за тридцать, а никаких достижений, ты ничего не добился. И известен только как бабник, редкостный грязный распутник, весь из сплошных животных инстинктов!
Это уже было чересчур, тут уж взбунтовалось мое самолюбие и я стал покрикивать на свою обнаглевшую жену. Мы ругались несколько дней, а когда выдохлись, мирно разошлись.
Кстати, Ира была дважды вдова — оба ее мужа умерли; она говорила «от отчаянных пьянок». Возможно. Но возможно также — она запилила их насмерть. Так что, кто знает, может, я успел избежать трагической участи.
Понятно, теперь я боюсь всякой семейной жизни; в брак меня можно затащить разве что в наручниках. Хватит интересных экспериментов! К тому же, я хочу серьезно заняться музыкой, по-настоящему освоить гитару и может быть даже сочинить парочку мелодий. Недавно мне в голову пришла сложная мысль: мужчина создан для творчества, а не для того, чтобы изучать повадки и хитрости женщин.
Есть невидимые вещи, которые живут и будут жить всегда — это дед Мороз в детстве, в юности — идеальные мужчины и женщины, в зрелом возрасте — страна, где все счастливы, это, наконец, рай после смерти — мечта стариков. Несмотря на эти прекрасные вымыслы, а может быть благодаря им, нормальный человек принимает жизнь такой, какова она есть, не совсем нормальный — с некоторыми отклонениями в психике (или просто со слабой нервной системой) — хочет, чтобы все было только хорошо, потому часто и не находит себя и страдает, не в силах совместить желаемое с действительностью, впадает в панику от всяких житейских передряг.
