Неужели мне, и правда, скоро удастся увидеть один из четырнадцати таинственных менгиров, расположенных на территории СССР⁈ Оказаться в непосредственной близости от источника магии — это ли не то, о чём я мечтал, но едва смел надеяться? Правда, не факт, что меня к нему подпустят. Быть рядом — понятие весьма относительное. Как говорится, видит око, да зуб неймёт. В первую очередь, от меня ждут установления ментальной связи с «враждебным» существом.
— Завтра, — ответила Марина Игоревна. — И учти, времени на раскачку нет. Нужно пройти инструктаж в отделе, к которому ты временно прикреплён, подписать бумаги о неразглашении, получить пропуск на секретный объект, а ещё разобраться с твоим обучением в академии.
Да уж, Потапова будет точно недовольна.
— Насколько длительная предполагается командировка? — спросил я.
— Пока сложно сказать. Оформляем на две недели, но всё зависит от успешности выполнения задачи. В теории, это может растянуться на месяцы. Мы ведь об этих тварях ничего не знаем, — в голосе майора прозвучала озабоченность. — И ещё один момент. Как только временный перевод будет оформлен, я больше не твой куратор. И поддержать там, у менгира, ничем не смогу.
Меня эта новость не особо удивила. Хотя малость и расстроила. Общаться с Мариной Игоревной я уже привык. А к новому начальству придётся приспосабливаться. Впрочем, убиваться тут не из-за чего, конечно. Я же туда не в отпуск еду, а по делам.
— Кто будет мной руководить?
— Всем заправляет подполковник Кривошеев, но Проект 786 — детище Виктора Викторовича Козлова. Ты с ним уже столкнулся. Ничего плохого об этом человеке сказать, не могу… как и хорошего. Не все сотрудники находят с ним общий язык, но Козлов своё дело знает. Так что постарайся не лезть в бутылку и помни о том, что сейчас ты нарабатываешь репутацию, которая в будущем пригодится для карьерного роста. Если, конечно, покажешь себя с хорошей стороны. Так что ты уж постарайся не облажаться.
В моё время в СССР слово «карьера» носило исключительно негативный оттенок. А тут, похоже, наоборот.
— Ты всё понял, Влад? — с нажимом спросила Соколова.
Оставалось лишь кивнуть. И задать ещё один важный вопрос:
— Я успею попрощаться с семьёй?
— Для этого я и приехала, — взгляд куратора смягчился. — Отвезу, не переживай. Но сперва надо заскочить к ректору и оформить выездную практику с временным освобождением от занятий. Сейчас это лучшее решение. Ты сможешь вернуться к учёбе после того, как приедешь из командировки.
Очень я сомневался, что человека, который сможет установить с неведомыми потусторонними тварями-лазутчиками ментальный контакт, просто возьмут и отпустят обратно в академию. Явно же такие уникальные услуги будут нужны постоянно. Ну, или время от времени. Так что, наверное, мне придётся найти золотую середину в том,
Вещей у меня кот наплакал, так что собрался я быстро.
Студенты с моего потока разъехались по домам. Когда мы покидали общежитие, то ни с кем не пересеклись. И, разумеется, я не мог рассчитывать на то, что Соколова не в курсе моих приключений.
— Алайские пустили по твоему следу убийцу, — констатировала Марина Игоревна. — Так что меры безопасности усилены. Мотоцикл придётся оставить здесь. В закрытом городе он тебе не понадобится. Мы сейчас к ректору, потом в управление, затем переброска на объект. Я распорядилась, чтобы твою «Ригу» отогнали в подземный гараж.
На оформление всех бумажек мы потратили около часа. Пришлось вызвать нашего маршрутизатора, без которого вопросы вообще не решались. Все попытки Бориса Антоновича выяснить причину неожиданной командировки подопечного не увенчались успехом. Марина Игоревна ссылалась на секретное задание, отказывалась давать пояснения и упоминала какие-то протоколы. Точнее, пункты этих протоколов. В итоге я проставил подпись в десятке документов, и через десять минут мы уже шагали к поджидавшей нас «Волге».
— Записи камер очень любопытны, — сказала майор, когда мы устроились в салоне, и машина поехала к воротам академии. — Ты чудом ушёл от преследования, но… Кроме убийцы на аэробайке, были и другие. Те, что в автомобиле.
— А прыгающий по крышам мужик вас не смутил? — попытался я внести ясность. — И да, они пытались меня какими-то иглами расстрелять.
— Следственная бригада уже работает, — заверила Соколова. — Мы думаем, что тебя преследуют люди, с которыми ты уже сталкивался.
— Моей смерти они не хотят.
— Пробуют захватить или усыпить, — кивнула Марина Игоревна. — Это мы заметили.
