— Много слов! — усмехнулся я. — Как насчёт дела? Или собачка только гавкает, но не кусает?
Нет, это не ради выпендрёжа. Просто лучше вывести противника из душевного равновесия, особенно если он что-то умеет. Это заставит его действовать спонтанно и даст мне преимущество. А оно мне точно не помешает.
Громила прыгнул ко мне, сокращая дистанцию, и тут же сделал выпад, целясь в живот. Я отбил его руку и ударил в лицо, но мой противник ловко уклонился и снова ткнул ножом — на этот раз в грудь. Пришлось поставить блок, уйти влево и нанести удар ногой. Носок ботинка угодил аккурат в пах амбала. Некрасивый приём, но не в уличной драке, особенно, если тебя пытаются продырявить лезвием. Что тоже, согласитесь, нечестно.
Бандит скрючился, издал стон и медленно опустился на асфальт.
— Сука!
Я резко ударил ногой ему по руке, выбив нож, который отлетел в кусты шиповника. Пусть поищет.
— Верну я вам бабки. Не нужны они мне. Только вспомню, куда дел.
— Тебе конец, тварь!
— Да-да, что-то такое я уже слышал. Мужик, я серьёзно: у меня память отшибло. Начисто!
— Звездит он! — визгливо крикнул бандос с забинтованной рукой. — С Левшой снюхался, падла! Признавайся, гнида, ему хрусты отдал⁈
Я развёл руками. Вот ведь упрямая публика! И как таким объяснить, что рад бы, да не могу?
— Ну, хотите верьте, хотите нет. Не знаю я, где ваши деньги.
В этот момент начал подниматься громила, которому я расквасил шнобель. Провёл тыльной стороной ладони по лицу, помотал башкой, глянул на меня и потянулся в карман.
— Лучше не надо, — вздохнул я.
Мужик вытащил латунный кастет, напялил на толстые пальцы, пару раз сжал кулак и, покачиваясь, двинулся на меня. Такой штукой если в голову прилетит, без больницы не обойдётся. А то и на тот свет отправишься.
— Последний шанс, — предупредил я, отставив левую ногу назад и чуть присев. — Церемониться не буду.
Амбал издал невнятное бормотание, больше похожее на звериный рык, и сделал ещё два шага. Голова у него явно кружилась, но он был полон ярости и желания отмутузить меня.
Ладно, сам напросился.
Короткий разбег, прыжок, и моя нога вылетела вперёд, врезавшись ему в физиономию.
Я приземлился на секунду раньше, чем бандос рухнул на спину, хрустко приложившись спиной об асфальт. Ну, прямо срубленное дерево, честное слово! Затылок я успел бережно подхватить, чтобы недоумок не отправился раньше времени на тот свет. Убийство по неосторожности мне ни к чему. И так только-только от сто первого километра отмазался.
Давненько я такое не проделывал. Когда тебе за семьдесят, особо не попрыгаешь. Да и с эмиссарами больше магией сражаться приходилось или стрелять, чем в рукопашку вступать. Но рефлексы остались. Это как езда на велосипеде: если уж научился, то навсегда.
— Ну, всё! — завопил загипсованный, дёргая что-то из-за спины. — Кабзда тебе!
Что-то мне подсказало, что у него там не нож и не кастет. Я метнулся к бандосу. В его глазах мелькнул страх, а затем в руке показался маленький чёрный пистолет. «Макаров»! А вот это уже совсем не по правилам.
Я перехватил руку противника ещё до того, как он навёл ствол на меня. Поднырнул ему под мышку так, что его локтевой сгиб оказался у меня на плече, и резко наклонился вперёд, утягивая пистолет вниз. Раздался хруст, бандит завопил как резаный, и пушка со стуком шлёпнулась на тротуар. Я вывернул сломанную руку так, чтобы кости окончательно покинули суставную сумку, и отступил. Мой противник в ужасе пялился на висевшую плетью конечность. По его перекошенной физиономии текли слёзы.
Я подобрал пистолет. Быстро проверил, заряжен ли. Полна коробочка.
— Хоть бы предохранитель снял, — покачал я головой.
— Хватит! — крикнул тот, которому я врезал по яйцам. — Косой велел передать, если завтра денег не будет, кишки из тебя вынет! И из твоей семейки поганой — тоже!
Косой, значит… Видимо, какой-то авторитет, на которого работают эти дурни. Плохо, очень плохо. Деньги нужно найти. Если они дома, это не проблема — отыщу. Но что, если мой предшественник заныкал их в другом месте?
— Отдай волыну! — протянул руку амбал, ковыляя ко мне.
Я отрицательно покачал головой.
— Нет уж. Пусть пока у меня побудет. На всякий случай. Так Косому и передай.
С этими словами я двинулся к подъезду.
Моё появление дома вызвало фурор.
Заплаканная Наталья Никаноровна бросилась меня обнимать, потом прибежала Оля, радостно взвизгнула… и я окончательно превратился в вешалку. Измученная ожиданием женщина снова заплакала, но уже от радости, да и у сестрёнки глаза были на мокром месте. Такую бурю эмоций, связанных со мной, я давно не видел.
— Покажи паспорт! — глаза у сестры загорелись любопытством.
— Я достаю из широких штанин… — пытаюсь неудачно пошутить, но девочка продолжает напирать:
— Покажи! Ну, покажи же скорее!
— Тебе его выдали? — присоединилась к расспросам мама.
— Конечно. А как же? Разве может советский человек без документа?
Заветный серпастый-молоткастый я достал из поясной сумки, в которой хранился и смартфон. Сейчас я проверил содержимое сумки и понял, что устройство не повреждено. А ведь мог и угробить во время драки…
