Природа и человек. Автор предлагает своё отношение к природе. Он воспринимает её не как красивый иллюстрированный журнал, а как одухотворённое космическое создание, как своего духовного собеседника, способного к сопереживанию. Природа в сознании автора многообразна и многолика, представляется каждый раз в новом своём проявлении, как бы впервые. Да и живём мы на Земле тоже ВПЕРВЫЕ.
Я радуюсь, словно впервые
Увидел росу на траве,
Услышал в кустах переливы
И трель соловья на заре.
Мне радостно от пониманья,
Что я в этом мире живу,
И чувствую ветра дыханье,
И дуба тенистый уют,
И запах садов пряно-спелый,
И шёпот берёзок в серьгах,
И луг от ромашек весь белый,
И скатерть полей в васильках.
Прислушаюсь я к колокольным
Часам в деревенской глуши,
В них время степенно, спокойно
Звенит для крестьянской души,
Приветствую солнце и небо,
И хочется птицей взлететь.
Не помню, так был или не был
Я раньше на этой земле?
Мне открылось пространство без края,
Разорвав на куски небосвод.
Сквозь дырявую крышу сарая
Сошёл звёзд голубых хоровод.
Так легко, так беззвучно, приятно
Потрепал по щеке бледный свет.
Только я не могу им обратно
Сквозь пространство отправить привет.
За планету, цепляясь всей массой,
В океане Вселенной плыву,
И на этой планете прекрасной
Я, любуясь рассветом, живу.
Расчерчен город линьями
Цветных карандашей,
Из пуха тополиного
Весне платков нашей.
Из ситца поднебесного
Сорочек настрочи,
Начало дня чудесного
Встречают москвичи.
В студгородке на Соколе
Звучит везде Аккорд.
А под окном на цоколе
Пригрелся рыжий кот.
Без шума и без паники
Стучит о тумбу мяч,
Физхим и неорганики
Дают футбольный матч.
Играют старшекурсники
И с ними молодёжь.
Так манко пахнет вкусненьким,
Что мимо не пройдёшь.
Нас не ловили неводом,
Родился как-то так
ФК Уран, как некогда
Известный всем Спартак.
Мы шли по Ленинградскому.
Ночь. Падала звезда.
И Гарик пел под Градского,
Что «будет так всегда».
А Грицыг пел Аэропорт
Под переборы струн.
И мы на Сокол, вы на борт,
Без задушевных дум.
И земляки вчерашние
Не знали мы тогда,
Любовь весной неряшлива,
Что «было так всегда».
Бывает, что молчание
Красноречивей слов.
И вроде бы нечаянно
Рождается любовь.
Морковным мягким пересветом
Зажёг закат светила жар,
Он отражался, как пожар,
На стёклах дома с парапетом.
Остаток вечера краснея,
На горизонте догорал,
На струнах солнечных играл,
И остывал, слегка грустнея.
Так затихал пожар небесный,
И наконец, совсем погас,
За бором угли разбросав,
И испуская дух чудесный -
Тот аромат смолы сосновой.
Тянуло свежестью тайги
От бора и речных ракит,
И от густой хвои еловой.
Умолкла алая соната,
Дом с парапетом помрачнел,
Погас огонь его очей,
Исчезла магия заката.
Хандра на затяжную осень
Походит более всего,
Когда лица не видно вовсе
Сквозь запотевшее стекло.
Когда сидишь и ждёшь морозов –
Лекарства от душевных ран,
А ветер вытирает слёзы
Дождя с полупрозрачных рам.
Задумчивость зимой приходит
И к размышлениям ведёт,
Решенья новые находит,
И ясность мысли придаёт.
Морозная свежесть приятно
Уставшие силы бодрит,
И думаешь, что безвозвратно
Ушёл этот приступ хандры.
Приходит мечтательность духа,
Взрывая стеснённую грудь,
И ловит, как чуткое ухо,
Зимы ускользающей суть.
Мечта заливает сознанье,
Как вешние воды луга,
Под блеском слепого признанья
Увы, не видны берега.
Когда проснёшься вдруг поэтом
В постели туч и облаков,
Знай, сказка случается летом,
Характер веселья таков.
Но есть у весёлости странность,
Её другая сторона –
Врождённая непостоянность.
Чуть что не так, и где она?
За одними удача буквально повсюду,
От других убегает всё время, как тень,
Всю уже перебили на счастье посуду,
На дрова разобрали злосчастный плетень.
На характере я из болот вылезаю,
И не верю я в то, что гадалки сулят.
Нам с тобой повезёт, это точно я знаю,
Не бояться привык, начинать всё с нуля.
Так бывало не раз, я ловил – улетала,
Как рукой, задевая небрежно крылом,
Оставляя всё больше и больше метала
На душе, на характере твёрдом моём.
Я однажды схватил её хвост филигранный,
Попросил у неё дать волшебный совет,
И под честное слово, что он будет тайной,
Птица счастья открыла успеха секрет.
Научился я жить, не сгибаясь от боли,
А ещё научился я не отступать,
Чем стальней становилась душевная воля,
Тем всё выше и выше хотелось летать.
Птицу счастья я видел, я знаю, я верю,
Вновь она прилетит и заденет крылом,
Вслед за ней полечу я в открытые двери,
Ведь она научила взмывать высоко.
Находишься по лесу в сапогах болотных,
Чуть жив придёшь домой и улетишь без ног
В мир снов на кораблях Морфея беспилотных,
Чтоб как воды, энергии напиться мог.
Как удивительно снимает сон усталость -
Вчерашнего измора в теле больше нет,
А на душе воспоминание осталось
О лесе, о грибах на много, много лет.
И отдыхать душа мятежная не хочет,
У ней особый материнский колорит,
Она всё время за кого-нибудь хлопочет,
Она всё время за кого-нибудь болит.
Улыбка как солнечный зайчик
Присела ко мне на лицо,
И я рассмеялся как мальчик
Под звон золотых бубенцов.
И мир, весь наполненный счастьем,
Открылся враспах предо мной,
И мне захотелось быть частью
Мажорной сюиты Земной.
Какой-нибудь нотой, аккордом
Хочу на планете звучать.
Стихом своим свежим и бодрым
Хочу я рассветы встречать.
Я всем говорю – не стесняйтесь,
Своей благородной души.
Почаще, прошу, улыбайтесь,
