Экспедиция на полюс была предпринята не престижа ради. Она была нужна для того, чтобы изучить закономерности дрейфа льда и получить возможность прогнозировать ледовую обстановку на трассе Северного морского пути, для того чтобы понять природу Северного Ледовитого океана - его глубины, течения, состав воды, для того чтобы составить надежные магнитные карты, для того чтобы решить вопрос о наличии жизни в высоких широтах и многие подобные вопросы.
Советские ученые, моряки и летчики к тому времени уже накопили немалый опыт работы в окраинных морях Северного Ледовитого океана и были вполне подготовлены для исследования его центральной части.
О первой советской экспедиции на Северный полюс, о дрейфующей станции И. Д. Папанина СП-1 (сейчас действуют станции СП-22, СП-23 и СП-19) написано очень много. Я сам не однажды писал об этом. И все же, читая эту книжку, было не только приятно вспомнить одно из самых важных дел своей жизни, но и очень интересно увидеть его заново - глазами товарища по экспедиции, талантливого радиооператора Николая Стромилова. Он оказался столь же талантливым рассказчиком, имеющим свою, своеобразную точку зрения. И мне кажется, что каждый читатель обнаружит ее в этом рассказе. Чем она определяется? В чем своеобразие этого человека, одного из нескольких десятков, отобранных для участия в весьма ответственной экспедиции?
Он точно описал свой внешний облик словами О. Ю. Шмидта: «…Длинный и худой человек с горящими глазами, Дон-Кихот по фигуре, уверенно колдует среди тонких деталей современной аппаратуры».
А внутренний? Как влезть в душу человека? Однако в длительных экспедициях, когда люди долго и работают, и живут в тесном, постоянном общении, в отрыве от привычного окружения «Большой Земли», внутренний мир каждого невольно раскрывается для всех.
Сейчас возникла целая наука о «совместимости» и «несовместимости», о воздействии и взаимном влиянии людей друг на друга в небольших изолированных коллективах; все это, конечно, очень интересно и очень важно - в преддверии дальних космических полетов. Но тогда мы, по своей «серости» в этих вопросах, по незнанию психосоциальных теорий, судили о поведении товарищей просто и, может быть, иногда грубовато.
Это был чисто эмпирический, как сказали бы сейчас, подход.
Так вот, у автора этой книжки отнюдь не «легкий» характер. Читатель заметит, как тактично он обходит этот вопрос. Он резок и иной раз дерзок, он может вспылить, он не постесняется прямо и четко высказать свое мнение, никак не считаясь с тем, какими последствиями обернется это для него лично. И при всем том он вполне «совместимый». С кем? В каком коллективе? В таком, где нет лодырей и подхалимов, где каждый знает и любит свое дело, где все готовы выложиться до последнего ради выполнения общей задачи, где нет ни хвастунов, ни болтунов.
Он непримирим ко всякому разгильдяйству, «сачкованию», самонадеянности. И именно в этих случаях он будет и дерзок, и груб, и беспощаден.
Он был «совместим» с людьми коллектива первой советской экспедиции на Северный полюс, и читатель увидит, с какой теплотой, с какой собственной скромностью, с каким дружеским юмором он описывает всех нас - остальных ее участников.
Он был «совместим» с людьми замечательного коллектива Опытной радиолаборатории в Ленинграде, который сделал нечто по тому времени (и по отпущенным ему срокам) невозможное - радиостанцию «Дрейф».
Он был одним из строителей радиоцентра на мысе Шмидта в 1939-1940 годах. Он оказался «совместим» в коллективе Ленинградского штаба партизанского движения в блокированном Ленинграде.
После снятия блокады и освобождения Ленинградской области он вновь вернулся в Арктику - работал начальником связи Штаба морских операций Западной Арктики и начальником радиометцентра на острове Диксон.
…Он и сейчас «длинный и худой человек с горящими глазами», беззаветно преданный своему делу, не обрюзг, не стал рыхлым - ни душой, ни телом. Он и сейчас, думаю, дружит не с каждым. Но каждый из тех, с кем он дружен, может этим гордиться.
Начало пути
Для меня участие в экспедиции на Северный полюс началось с совещания, которое состоялось в феврале 1936 года. Совещание ведущих специалистов Ленинградской Опытной радиолаборатории открыл ее начальник Лев Абрамович Гаухман. Был, как всегда, краток.
- Разрешите порадовать вас, товарищи, - сказал он. - Лаборатория получила важное задание: в кратчайший срок разработать и построить радиостанцию для первой в мире научной полярной станции, которая будет работать на дрейфующих льдах в районе Северного полюса. Радиостанция, при всех неблагоприятных условиях, должна обеспечить уверенную связь на расстоянии порядка тысячи километров и быть весьма надежной.
На слове «весьма» Гаухман сделал ударение.