— Я не могу сказать вам этого наверняка, но могу предположить, что после того как барьер накроет всю планету, то на ней начнутся некоторые изменения. Скорее всего нашу реальность поменяют местами с одним из виртуальных миров. Причем, скорее всего, с вашим ведь потки энергии в наш мир рвутся именно отсюда. Мы уже проверили.
Я расплылся в довольной улыбке.
— То есть предположительно наши миры просто поменяются местами? Так? А это значит, что мою истинное тело останется в теперь уже виртуальном мире, а его копия переместится в реальный? Получается, что умирая в реальном мире я смогу снова в него возвращаться неограниченное количество раз. Может и в другом обличии, но… это же бессмертие. Причем абсолютное. Так зачем мне препятствовать этому процессу?
Шульгин пристально взглянул на профессора пытаясь взглядом донести до него какую-то мысль, которая вряд ли должна была мне понравиться. В ответ профессор просто махнул на него рукой.
— Полковник, когда я говорил, что с ним нужно быть честным, то и сам врать ему не собирался. Так что нравится вам или нет, но я скажу ему все как есть, — услышав подобный ответ Шульгин покраснел, вены на шее на надулись, а сквозь расширенные ноздри стал выходить чуть ли не пар. Он явно хотел что-то сказать, но вместо этого просто схватился за голову и осуждающе продолжил сверлить профессора взглядом. — Вы правы, Эдвард. Все именно так. Если все пройдет по хорошему сценарию.
— А есть еще и плохой? — поинтересовался я.
— Да, Эдвард, есть. Оперирование материей из разных миров подразумевает наличие некой буферной зоны, в которой будет хранится информация о каждой частичке пространства переходящей из одной реальности в другую через огромный атомный конструктор. Проблема заключается в том, что этот конструктор работает не в какую-то одну сторону, а сразу в обе, одновременно перенося материю из обоих миров. Это очень опасная и сложная система с кучей неучтённых факторов риска. Если в процессе произойдёт сбой параллельных разносторонних потоков, то в результате их пересечения с большой вероятностью произойдёт взрыв разрушающий оба канала, оба вида материи и буферной зоны, в которой должны храниться данные о каждом из миров. Это как взаимодействие вещества и антивещества, которое неминуемо приводит к взаимному уничтожению. После этого не останется уже ничего, как в промышленной зоне, подвергшейся неудачной трансформации вчера. После сбоя в замещении материи произошёл взрыв стерший с лица города весь восточный нижний город. А в его эпицентре образовалась аномалия которой сложно дать определение. В ней нет света, нет тьмы, нет материи и, возможно, времени. И все, что попадает туда бесследно исчезает. Так что поймите, Эдвард, если вы откажетесь нам помочь, то возможно не только не обретёте бессмертие, но и перестанете существовать в принципе. Со всем миром одновременно. Ведь чем больше объем материи, тем сложнее контроль над ней и тем страшнее последствия ошибки.
Я задумался. Ситуация и вправду была не очень, и если слова Билла принимать за правду, то возникновение ситуации из неблагоприятного сценария может реально плохо закончиться для всех. Правда в моем случае, будучи виртуальной копией, я даже вряд ли пойму, что все закончилось и просто мгновенно перестану существовать, но сама по себе перспектива абсолютной смерти меня совершенно не привлекала. И уж тем более после информации о моем улучшающемся состоянии в реальном мире.
— А почему именно я? Неужели из всего населения планеты не найдется человека способного вам помочь?
— Система больше не впускает новых пользователей в этот мир. Приходится использовать старые учётные записи для проникновения, но они не стабильны и сразу рассыпаются при первой же попытке активного противодействия. Вы же не только попали сюда, но и сохранили потенциал для развития привычными вам способами. И вы по сути единственный человек, который связан прямым каналом с внешним миром. Так что все, что вам нужно это в течении месяца достигнуть того пика развития, на котором вы находились и…
Договорить профессор не успел. Его тело зарябило искажениями и исчезло. Я перевел взгляд на полковника, который увидев исчезновение Билла тоже покрылся рябью, но перед исчезновением успел сказать всего одно слово:
— Фукусима!
Я глубоко вздохнул, понимая, что получить дополнительную информацию уже не выйдет и с остальным придется разбираться самому. Ну что ж... Можно хотя бы попробовать…
Я вернулся домой и, перешагнув через порог, сразу ощутил приятный аромат свежей еды. Пройдя на кухню, увидел на столе огромную тарелку сырников и еще дымящий паром кофе. Улыбнулся.
— И где тот прекрасный человек, которому нужно сказать за это спасибо? — громко вопрошал я, но ответа не последовало. Я прошел в спальню. Там было пусто. — Не понял…
Обойдя всю квартиру и не найдя своей сожительницы напрягся. Ее ни где не было.
