Борисков, кстати, тогда подумал, что, возможно, Светлана не так уж и не права. Не исключено, что она всегда была не идеальная, но он любил ее и не замечал недостатков, а теперь они вдруг стали его раздражать. Такой вариант был вполне возможен. Любое событие имеет две точки зрения, а иногда и больше.
Борисков считал, что тут имеет место или нечто психическое, типа булимии, или же какой-то ген сработал с возрастом, поскольку теща у Виталика Конькова была, если мягко сказать, немаленькая.
Одна такая больная лежала на первой хирургии. Всем показывала свою фотографию в паспорте – еще недавно это был совершенно другой человек. Жила себе, жила и вдруг у нее тоже проявился необыкновенный аппетит, который она никак не могла пересилить, хотя что только не принимала от аппетита, – какие-то пищевые добавки, – но не помогало. А отсасывать жир она как-то боялась, поскольку опасалась тромбоэмболии мозга, чтобы потом не лежать бревном годами и не ходить под себя. А из еды особенно обожала сдобу, хоть прячь ее или запирай на ключ. У ее мужа даже была идея купить холодильник с замком, говорят, такие производят и продают, поскольку на Западе муж и жена бывает, что питаются каждый из своего. Впрочем, однажды странным образом этот самый жир спас ей жизнь. В магазине, где она затаривалась, ловили какого-то преступника, явно психически ненормального, и она его ухватила чисто рефлекторно за шкирятник, потому что все кричали: "Лови, лови!" – и еще ей показалось, что он стащил ее сумку. А тот с испугу ударил ее ножом в живот. Интересно, что толстое пальто оказалось пробитым насквозь, а слой жира на животе – нет. Крови натекло совсем немного, но нож остался торчать из живота, потому что кто-то из зевак закричал: "Не вынимайте нож, а то она истечет кровью и тут же умрет!" Приехавшие на "скорой" врачи тоже не стали вынимать. Так и привезли в больницу с торчащей из живота рукояткой. В итоге оказалось, что лезвие даже не достало брюшины. Хирурги во время операции, когда зашивали рану, переглядывались и ухмылялись под своими масками.
Зашел давний знакомый судмедэксперт Миша Павлов, который приносил начальству какие-то бумаги и по дороге заглянул поздороваться с врачами. Пригласили и его к чаю. За чаем он рассказал, как только что вскрывал девушку двадцати лет из обеспеченной семьи, которая угорела в ванной от неправильно отрегулированный газовой колонки, и еще ребенка, выброшенного из окна с девятого этажа и упавшего на забор. У него все истории были такие.
