Они не живут, а лишь существуют, им наплевать, что будет с Россией, и именно это становится причиной разложения власти. Невский – человек, который был верен себе и верен идее. Он многое знал, например, что партия за спиной людей ведет войну уже несколько лет, но скрывает это, а когда мало обученные солдаты возвращаются в цинковых гробах, об этом изо всех сил стараются не говорить; или же, что «Горбачевская перестройка, способная вывести страну из кризиса» – на самом деле переход на рыночную экономику, ту самую, на которую еще в послесталинские годы начали свой крестный ход. Уже тогда люди были пропитаны излишним фанатизмом, машина пропаганды умеет убивать людей без крови и траты на пули. Он думал, как он может один противостоять этому? Вопрос, на который никто не знает ответа.
С такими мыслями Константин встретил новое утро. Он снова не заметил рассвета, потому что был слишком погружен в себя, в свой мир, в мысли, которые не дают ему покоя вот уже множество бессмысленных лет. И вновь под утро, включая радио, он слышит «Утреннюю зарядку». Перелистывая диапазон на старой, уже истертой кнопке, он понимает, что ничего нет, никаких новостей – одна лишь пропаганда. Собравшись и выйдя из дома, он заметил странный автомобиль, которого раньше здесь никогда не было. Но, не обратив на это особого внимания, Константин неспешно пошел на свою рутинную работу, глядя на людей, счастливых людей, не знающих ни страданий, ни горя, не думающих, что будет завтра.
На подходе к партбюро он остановился через дорогу со странным ощущением, что за ним следят. Ощущение вполне могло быть не ошибочным, ведь в партии не допускалось никакого инакомыслия, и даже если ты нигде не светишься, не значит, что ты не думаешь против партии, против тех откормленных государством чинуш. Погодя какое-то время, он заходит в здание партийного аппарата, где его встречает довольно молодой мужчина и, вытягивая руку, произносит:
– Здравствуй, Товарищ!
Немного удивившись, Невский, жмет ему руку.
– Здравия, Товарищ! Смею спросить, кто вы? Я вас раньше не видел.
– Сергей Владимирович Остахов, недавно поступил в ваше распоряжение, – строгим, слегка прокуренным голосом сказал он.
– Новый работник, значит? Давно к нам новеньких не поступало. Хорошо, пройдемте в столовую, там и познакомимся!
Дойдя до столовой, партиец замечает у двери своего кабинета странных людей, как будто поджидающих его. Один из них кивает головой, приклоняясь, как бы выказывая своё уважение.
Спустя какое-то время страстных обсуждений политики, они решили приступить к своей работе. Невский и Остахов, войдя в свои общий кабинет, были удивлены, что в кабинет уже завезли новую мебель.
– Однако, оперативно! – Удивившись такой живости партийных работников, вскрикнул Остахов.
– Даже я удивлен. Но чего просто так говорить, давайте-ка лучше за работу, вечером можем прогуляться по набережной, там и познакомится поближе.
Солнце уже садилось за горизонт, и наши партийцы так увлеклись работой, что, не заметив стрелки на часах, продолжали работать до наступления темноты.
– Пора бы уже уходить! – проворчала скверная бабка-уборщица.
Товарищи в спешке собрались и, узнав, что домой им идти в одном направлении, решили вместе прогуляться по Питерской набережной.
После прогулки Невский пошел своей дорогой и вдруг заметил тех же людей, что видел утром возле партбюро, и прибавил шаг. Подойдя к дому, он оглянулся и в подъезде увидел уже обыденную и привычную картину: на лестничной клетке его соседи распивали спирт, вероятно, отмечая день рождения, уже в четвертый раз за месяц. Заметив партийца, один из них предложил ему выпить стакан водки, якобы «За здоровье!».
Константин, смотря на них с отвращением, ответил лишь легким взмахом руки, показывая, что он не заинтересован, после чего, соседи продолжили свое «застолье», лишь поворчав про партийного деятеля.
Пройдя на свой этаж и подойдя к двери, Невский ударил кулаком по ней. Он был в бешенстве и отчаянии, что это происходит с его народом и страной.
Многие партийные деятели не видели того, что происходило в обычных районах людской жизни. Они с презрением выходили в народ, даже продукты покупали в специальных магазинах, наваленных до отказа иностранными вкусностями, пока остальные магазины продолжали пустеть.
Уже дома, Невский, даже не поужинав, лег спать в раздумьях с простой русской фразой: «Утро вечера мудренее».
Пока он предавался своим серым снам, под его окном начали шуметь те самые пьяные соседи. К счастью, Константин спал крепко, а вот остальных жителей дома беспокоил этот шум, но никто не осмелился выйти на улицу, чтобы это прекратить. Договорившись о звонке в милицию, все жильцы разошлись по домам. На удивление, милиция приехала довольно быстро – обычно их приходится ждать дольше. Но в этот раз все было на стороне разъяренных жильцов Брежневки. Приехав, милиция забрала к себе всех нарушителей спокойствия, и вся улица уснула спокойным, мертвым сном, и только снующие туда-сюда голодные уличные собаки придавали улице некую мрачность.
