«Никогда!» – пообещала Алеся. Она поклялась себе, что выживет во что бы то ни стало, потратит на это всю магию да капли, но выживет! У нее теперь есть, ради кого и ради чего жить. Она не сдастся.
Лицо ее расслабилось, блуждающий взгляд устремился куда-то вдаль. Она казалась впавшей в глубочайший транс. Расширенные черные зрачки зияли пустотой.
Алеся призрачным духом парила под потолком роскошного, украшенного позолотой зала. Это был странный зал, как в фантасмагорическом сне: невозможные изгибы стен, вкрапления остроконечных многоугольников-окошек в них, рассыпанные по всей поверхности стены и искрящиеся на солнце разноцветной мозаикой. На полу росла идеально ровная травка, мягкая даже на вид, синие фиалки на ней мерцали таинственным светом, как ночники, а кусты роз источали сладкий аромат и... наигрывали мелодию скрипок. Прямо в воздухе висели полупрозрачные мониторы, на которых мелькали какие-то картинки, но Алесю заинтересовали не все эти признаки технологически развитого мира, приспособившего для своих нужд даже образцы флоры.
Заинтересовало другое. В центре зала стояли кругом десять босоногих девочек с самым разным цветом глаз и волос, одетых в какие-то лохмотья: юбки из полосок недубленой кожи, «блузочки» из сплетенных длинных тонких листьев неизвестного Алесе растения. Девочки походили на дикарок и смотрели вокруг круглыми глазами несмышленых младенцев. Еще три девочки неподвижно лежали перед огромным зеркалом, в которое была превращена единственная ровная стена этого зала.
У этого зеркала вертелась последняя девочка, рассматривая себя со всех сторон, капризно надув губки. Одета она была, как все дикарки, только глаза были необычайно ясные и холодные для ребенка десяти лет.
– Не нравится, – постановила девочка, шагнула в сторону тех, что неподвижно лежали на полу, и вдруг рухнула рядом с ними, замерев на месте.
От тела девочки отделилась невидимая глазам тень, которую Алеся уловила интуитивно, своей ментальной магией. Эта тень влетела в одну из стоящих в центре девочек и круглые глаза той мигом прищурились, в них появилось пугающее ледяное равнодушие состарившегося в одиночной камере убийцы. Девочка прошествовала к зеркалу и завертелась перед ним. Снова скривилась, и через минуту стопка застывших тел пополнилась, а девочек в кругу стало еще на одну меньше. В итоге на ногах осталась только одна девочка. Она недовольно осматривала себя в зеркале и еще недовольней поминутно бросала взгляды на тела на полу.
– Кь
– Почему они сами не могут встать и уйти, так же как пришли по моему приказу? – недовольно протянула та девочка, что сейчас вертелась перед зеркалом.
– Потому что эти тела умерли, – раздраженно ответила женщина. – Ты плохо учишь уроки, пора бы знать основные законы биологии этих животных! Когда ты вселяешься в них, то перемыкаешь на себя все их нервные процессы, а когда покидаешь тело, то оно уже не может сформировать прежние связи и погибает необратимо.
– Это правда, что люди – наши далекие предки? – поинтересовалась девочка.
– Правда, потому мы до сих пор предпочитаем пользоваться именно их телами, нашему разуму проще обжиться в них, нежели в других, это генетическая память.
– У нас больше нет ген, – блеснула эрудицией девочка. – Тел нет, ген нет, мы – вершина эволюции, разум в чистом виде.
– Ген нет, а наследственная память осталась. Не заговаривай мне зубы, юный разум, отданный под мое покровительство до конца обучения, выноси тела за ограду, там эти животные сами похоронят своих. А тебе в наказание за баловство я запрещаю целый год менять тело! Задаю тебе психологическую установку на это!
Девочка возмущенно взвыла, но женщина бросила в нее ментальное заклинание, обязующее следовать озвученному указанию. Женщина считала, что ее способности к ментальной магии – это всего лишь владение гипнозом и нейролингвистическим программированием? Магии нет, есть лишь талант в области психологического влияния на человека? Многие ли психологи на Земле считают так же?
Глубоко в памяти рейта Мариса (точнее в памяти того, кто поселился в его теле) перед Алесей замелькали тысячи кадров, повествующих об этом мире.
