– У нас ещё есть время, – шепнул ей на ухо.
– Нет, – она отстранилась, положила руки ему на плечи, – сделай это сейчас. Я не хочу ждать.
Голос королевы прервался. Герцог кивнул, а затем запрокинул её лицо и поцеловал в губы. И Леолия ответила. Это был их самый горький поцелуй.
– Не бойся, – шепнул он после, – это не будет больно.
Последняя милость палача – смерть без боли. Леолия знала: он сможет.
– Подожди, – остановила она, – я хочу, чтобы это случилось там, где погиб мой отец.
– Хорошо, – мягко согласился Эйдэрд.
Он вынес её на руках из Берлоги. Уже осёдланный Мишка фыркал во дворе. Было темно и удивительно тихо. Раненный кровавыми всадниками Шуг спал.
Герцог бережно посадил супругу в седло, затем запрыгнул позади неё. Чёрный конь, всё ещё прихрамывая, двинулся на Запретный остров. Закатный мост, соединяющий правый берег и остров, был уничтожен взрывом, а у Леолии не дошли руки до строительства нового, или хотя бы временной переправы. Всё равно ведь в дворцовых развалинах никто не жил больше. Разрушения же в городе требовали от королевы пристального внимания. И герцог направил коня прямо по гранитным ступенькам, спускающимся с набережной к реке.
Мишка вошёл в воду и поплыл. Леолии не хотелось думать о неизбежной смерти. У неё так мало времени оставалось! И так много дел и забот. Она столько всего не успела!
– Ты что-то узнал о Ларане? – спросила королева, положив голову Медведю на плечо затылком и бездумно глядя в переливающееся звёздами небо.
– Нет.
– Как потом будешь отводить подозрения от себя? Как вообще обставишь мою смерть? – деловито уточнила Леолия.
Королева уже взяла себя в руки.
«Не королевство для короля, а король – для королевства», – повторяла она про себя слова отца. И слова Эйда: «Выше подбородок, принцесса. И ни перед кем его не опускайте.». Даже перед смертью.
Герцог не ответил. Она обернулась, стараясь в темноте разглядеть его лицо. Но он смотрел не смотрел на неё.
«Эйд никогда не отвечает на вопросы, на которые не хочет отвечать!» – с досадой подумала Леолия. Ей стало обидно, что вот, она умирает, а он…
И вдруг она поняла.
– Ты убьёшь меня и потом умрёшь сам? – спросила, холодея.
Он покосился на неё, и снова прижал к себе вместо ответа.
– Не смей! – зашептала она. – Эйдэрд! Ты должен выжить. Ты должен позаботиться о защите королевства! О Медвежьем щите, о других щитах. Должен, понимаешь?
Он приглушённо зарычал.
– Надо что-то решать с Морским щитом, – торопливо продолжала она, глядя как уверенно приближается противоположный берег. – Надо учесть опыт проникновения всадников через предателя. Нужно утвердить новую династию и не допустить гражданской войны. А ещё Персиковый султанат… Я так и не разобралась, какое участие султан принимал во всей этой истории. То послание, оно ведь было не от Ларана, ты же понял? Поэтому и ворона, а не чайка. И Юдард не сможет управлять Золотым щитом без твоей поддержки, он ещё очень молод…
Леолия боялась не успеть. Если бы она только знала раньше, что у неё так мало времени осталось!
– Замолчи! – рыкнул он.
Мишка встал на ноги и пошёл на берег, расплескивая воду грудью.
– Ну уж нет! – разозлилась королева. – Я скоро замолчу совсем, так что не закрывай мне рот. Слушай! Это очень важно.
Она увидела, как он стиснул кулаки. Чувствовала, как тяжело дышит, подавляя эмоции. Но Эйдэрд вновь разжал кулаки и притянул к себе Леолию, и она поразилась силе его самообладания.
– Например, камень. Я могла пойти на развалины, и на меня упал камень. Да, согласна, глупо. Как бы я туда добралась? Ну а если это был какой-то всадник-одиночка, решивший мне отомстить за Калфуса?
– Лео, – тихо простонал Эйдэрд, – я не буду ни от кого ничего скрывать. Не надо ничего сочинять.
– Хорошо, – вздохнула она. – Тогда просто сделай вид, что ты приехал завтра. Никто же не знает, что ты уже тут. Следствие упрётся в тупик, и народ решит, что меня убил Спаситель.
Они остановились среди обгоревших камней. Леолию замутило от мерзкого запаха гари и жаренных тел. Эйдэрд спешился и бережно снял её с Мишки. Она тотчас обернулась, обняла его, притянула к себе и поцеловала.
– Эйд, – шепнула в самые губы. – Не обвиняй себя. Я знаю, что ты меня любишь, и не хочешь моей смерти. И для меня это – самое важное. Я понимаю, что ты должен это сделать, иначе погибнет и королевство, и твой щит.
Она нежно провела пальцем по рубцу на его щеке. Эйдэрд закрыл глаза и закусил нижнюю губу. Тонкая струйка крови побежала по ней.
– Женщина, что ты сейчас делаешь?!
А потом глянул на неё бездонными глазами. Она почувствовала, что тело его сотрясает дрожь.
