Все необычное кажется нам то благом, то проклятием, в зависимости от обстоятельств. И никуда от этого не деться, сколько себя ни обманывай.
С этим неожиданно выкристаллизовавшимся выводом Аурел вывалился в реал. И послушно пошел отсыпаться.
В постели ему стало смутно и одиноко — ведь, с одной стороны, Тири находилась здесь же, рядом, в соседней комнате. И в то же время ее не было, был незнакомый мужик с внушительными волосатыми кулачищами. От подобного абсурда хотелось выть.
Но выть Аурел позволял себе только мысленно.
!TASK 03
[OWNER: Дмитрий Байкалов]
— Нет, — уверенно сказал Бай. — Раньше одиннадцати он не выйдет. Что я, себя не знаю?
— Смотри, — фыркнул и в Москве не изменивший джинсе РусТех. — Тебе виднее, конечно, но если упустим сегодня, считай, день потеряли.
Тигри угрюмо поднял/подняла взгляд на тщедушное тело, в котором пребывал ныне Бай.
А тот мечтательно уставился в закругленный свод арки:
— Эх… Возьмем — вернусь в свое тело, как хотите. А то вчера тумбу передвинуть хотел — не поднял, блин…
— Без аппаратуры не вернешься, — вздохнул Аурел.
— Почему без аппаратуры? — удивился Бай. — Мы ж меня… э-э-э… пленного на Рязанку повезем, в тот подвальчик, куда прибыли. А там аппаратуры навалом!
— Да? — живо заинтересовался/заинтересовалась Тигри. — Тогда и я хочу переселиться! Пошел Энди со своей конспирацией куда подальше!
— Тише, тише, — примирительно шевельнул руками Аурел. — Люди сейчас оборачиваться начнут!
Прохожие, тянувшие через двор к метро, действительно начали коситься на необычную компанию в арке.
— Интересно, — спросил Бай, — в кого ты собираешься переселяться?
— В женщину, — отрывисто бросила Тигри.
На этот раз — именно бросила, хоть и сказано это было знакомым всем ТПшникам баском.
— В какую?
— В любую.
«Так уж и в любую, — с легким сомнением подумал Бай. — Небось в старуху не полезешь…»
Стоящий посреди двора у спортплощадки Злыдень вдруг сделал условный знак: «Внимание!»
Надо понимать, псевдо-Бай вышел из подъезда. Псевдо-Бай и псевдо-Аурел. Два в одном.
Реальность завивалась в причудливые петли.
Бай в облике Семецкого сделал несколько шагов в направлении двора и, когда псевдо-Бай, целеустремленно шагающий к арке в дальнем конце двора, оказался в поле зрения, негромко позвал:
— Эй, Дима!
Псевдо-Бай замедлился, повернул голову. Глаза у него были очумелые, словно у только что подравшегося кота. Медленно вытащив из ушей бусинки наушников, псевдо-Бай спросил:
— Что?
— Сюда иди! — махнул рукой «Семецкий».
Псевдо-Бай мгновение поколебался и шагнул к арке.
Но первым под арку вошел не псевдо-Бай, а Жмур — высокий, весь в черном и с футляром от скрипки, — делающий вид, что просто проходит через двор. Посреди арки он запнулся, замедлился, а когда псевдо-Бай оказался точно у него за спиной, резко и экономно двинул жертве локтем под дых. Потом полуобернулся и добавил ладонью по шее.
Упасть псевдо-Баю не дали — подхватили под локотки. К арке тотчас подкатил микроавтобус — за рулем сидел Чен, с ним рядом — РусТех. Псевдо-Бая спешно погрузили в салон.
Когда ловко взятый «язык» уже вытянулся на сплошном «диванчике» из четырех сидений, что раскинулся по всей ширине автобуса в задней части салона, в арку на свою беду вошла девушка лет двадцати. Сделав по инерции несколько шагов и, видимо, почувствовав неладное, она остановилась, но было уже поздно.
Стоящий дальше всех от выхода из-под арки на улицу Тигр стремительно переместился к ней, схватил одной рукой за плащ, второй зажал рот, силком протянул к автобусу и запихнул внутрь. Над ладонью Тигра, поросшей редкими рыжими волосками, полнились ужасом огромные черные глаза.
РусТех мрачно обернулся на переднем сиденье и свинцо-во взглянул на пленницу:
— Веди себя тихо! — угрюмо предупредил он.
Похоже, РусТех все понял. Сразу же. Поэтому фраза его
прозвучала негромко и практически не содержала угрозы.
Но тем не менее показалась очень веской.
Гости из-за барьера грузились в салон и торопливо рассаживались. Последним внутрь шмыгнул Злыдень и с хрустом захлопнул дверцу.
— С почином, — буркнул он удовлетворенно.
Микроавтобус тронулся, а на подвешенном к потолку мониторе не замедлила появиться физиономия Энди Трушина.
— На Рязанке все готово, — бодро сообщил он. — Поддайте-ка скорости, орлы… и орлицы.
Он тоже все понял. И не стал задавать лишних вопросов по поводу присутствия в салоне не известной никому девушки. По крайней мере — сейчас не стал.
Езда по Москве совсем не походила на гонку по перегону. Там — стремительное и безудержное движение, равномерное и мощное, здесь — пунктир, чередование разгонов и торможений, бесконечная лавировка в плотном автомобильном строю. Бай еще не успел как следует забыть Москву и сейчас глядел в окно с легкой ностальгической грустью. А вот в глазах Жмура и Злыдня, вынужденных придерживаться за поручни, цвело непонимание и скепсис. Для них рейс сквозь Москву был чем-то непривычным и совершенно чужеродным.
