– Неяркие, с десяток, я бы сравнил их с автоматной очередью, но вряд ли здесь кто-то вооружён автоматом.
Сергей Макарович напрягся.
– Автоматная очередь? У группы Реброва были М4 и «Лобаев», они вряд ли очередями начали бы стрелять.
– Ситуации бывают разными.
– Но автоматы были у боевиков. С другой стороны, как они тут оказались? – Сергей Макарович оторвался от бинокля. – Илья, дрон!
– Запускаю! – Спицын принялся готовить к полёту беспилотник.
На горизонте снова сверкнуло.
– Ещё! – выкрикнул Барышников.
Вспышка была похожа на электрический разряд сварки, только длившийся не мгновение, а несколько секунд. Возможно, она сопровождалась и сильным треском, но гул двигателей вертолёта перекрывал все внешние звуки, вызывая естественное раздражение у спецназовцев, привыкших работать в тишине.
Беспилотник скользнул в проём двери, нырнул вниз, попадая под струю воздуха винтов вертолёта.
– Вижу подозрительное движение! – заговорил пилот. – На одиннадцать по носу!
Сергей Макарович перебрался к другой двери, поднёс к глазам бинокль и увидел поднимавшуюся из тёмной бездны, дёргавшуюся абсолютно по-птичьи, стремительно приближавшуюся фигуру.
– Опять крокодил! – процедил сквозь зубы Барышников.
Но на этот раз монстр был не один. Вслед за ним вынырнули ещё четыре лохматых летуна и понеслись к вертолёту, бесстрашно демонстрируя свои намерения. Опыт нападения первой твари их не впечатлил.
– Огонь! – отдал приказ Сергей Макарович.
Лётчики начали стрельбу.
Сергей Макарович оглянулся на Спицына.
– Девяносто четвёртые!
Майор бросился открывать контейнеры с ручными многозарядными гранатомётами ГМ-94 калибра сорок три миллиметра. Этот гранатомёт по сути являлся крупнокалиберным помповым ружьём, был прост в применении и считался одним из мощных и эффективных гранатомётов мира.
– Егор! – напомнил о себе Карапетян.
Сергей Макарович с удивлением обнаружил, что физик продолжает колдовать у своих исследовательских комплексов в глубине отсека и не обращает внимания ни на маневры вертолёта, ни на стрельбу и переговоры в эфире.
– Что?! – отозвался полковник, снова прижимая тубус бинокля к глазам.
– Надо возвращаться! Иномериана вошла в резонанс!
– И что?
– Масса вертолёта слишком велика для неё, она может внезапно схлопнуться!
– Занимайся своим делом! – рявкнул Савельев. – Пилот, держи ось! Ни шагу назад!
Барышлников внезапно выругался, отшатываясь от двери.
Из-под вертолёта с гитарным звоном вырвалась струя шмелей, превращаясь в своеобразную шевелящуюся штору…
Так как пули карабина не остановили преследователя, пришлось прибегать к более серьёзным средствам противодействия. Редошкин заставил аэробайк двигаться по кругу, а сам высвободил из петли один из «фаустпатронов».
Летучий крокодил в этот момент поднялся в кильватере на пару десятков метров выше, намереваясь спикировать на противника, и разряд «фаустпатрона» пришёлся ему на голову и грудь, превращая монстра в прозрачно-дымную вуаль. Вниз полетели остатки крыльев и лап, на лету распадаясь на отдельные лего-детали.
– Ур-ра! – закричал Костя, в порыве радости поднимая над головой кулаки.
Делать этого было нельзя. Редошкин в этот миг отбросил использованный инопланетный гранатомёт, схватился за рукояти управления и повернул аппарат назад. И хотя ботаник отпустил его талию лишь на мгновение, этого хватило на сюрприз: Костя свалился с седла! Мерадзе, державший в руках карабин, не успел его подхватить, цапнув рукой воздух.
К счастью, они находились в это время всего в полусотне метров над зарослями лиан и «кактусов». Костя упал прямо на округлый узел растений, они спружинили, и молодой человек с воплем скатился на землю как бобслеист на санках под уклон жёлоба.
– Твою хлябь! – выговорил Редошкин, бросая аппарат к земле.
Приземлились на пятачке, свободном от колючек и плюща. Мерадзе соскочил с седла, пролез к ошеломлённому падением Косте между куртинами спутанных лианных петель.
– Живой?! Ничего не поломал?!
– Шею… – пробормотал ботаник.
– Что?!
– Шею поцарапал…
– Двигаться можешь?
– Да… как будто…
– Давай за мной!
Но стоило обоим высунуться из кустов, как на них набросились шмели, появившиеся словно по мановению волшебной палочки.
– Назад! – выхватил мачете лейтенант. – Жора, помоги!
Однако Редошкин не успел присоединиться к коллеге, так как на него тоже налетела стая насекомых.
Заработали мачете, кромсая полосатые тельца и заставляя остальных атакующих летунов с сердитым гудением отлетать назад.
– Прячьтесь в колючки! – крикнул Редошкин. – Где погуще! Туда они не сунутся! Я отобьюсь и сяду на кусты, вы запрыгнете!
Мерадзе попятился, создавая вокруг себя смертоносные веера стали.
В этот момент случилось чудо: на рой шмелей вдруг напали не менее крупные летающие насекомые, с виду похожие на четырёхкрылых жуков, вооружённых зазубренными рогами. Натиск шмелей на людей сразу прекратился, им пришлось реагировать на атаку нового противника, никак себя не проявлявшего до этого момента.
