Все знают расу гордых светлых эльфов, не склоняющих ни перед кем головы? Все помнят униженных и оскорбляемых эльфов-домовиков, преданно служащих хозяевам-магам, из саги о мальчике-волшебнике, спасшем мир от злого чародея? Что же произошло в этот промежуток времени, кто или что превратило расу совершенных красавцев во всеми оскорбляемых рабов? Почему с ними поступили так жестоко? Как им можно помочь вернуть былое величие? И можно ли? Героиня Саша Кулик по прозвищу Ящерица волею судьбы, своею глупостью, чужим обманом и хитростью заброшена в мир вечного льда и холода. Девушка пройдет трудный путь унижений, страданий, боли и потерь и ответит на эти вопросы. Путь к истине — это путь лишений, где важно не потерять свой внутренний свет, всегда оставаясь человеком.
Пролог
Разъяренная кошка, припадая к земле, готовилась к решающему прыжку, щерясь оскалом желтоватых клыков. Похожий на встрепанный канат пятнистый хвост со сломанным нелепо торчащим в сторону кончиком нервно охаживал впалые бока. Явный ветеран, побывала не раз в схватках. С фотографической четкостью сознание запечатлевало мельчайшие детали последних секунд жизни, делая окружающее ярче, объемнее. Хищница нервно втянула ноздрями плоского носа воздух, смакуя мой страх, в тихом рыке, похожем на удовлетворенную насмешку, обнажила клыки. Правый верхний имел небольшой скол, бока бурой с черными полосками шкуры украшали «иероглифы» многочисленных грубо зарубцевавшихся шрамов, небольшие черные, круглые уши махрились рваными краями, прижимаясь к аккуратной голове.
Эта зверюга долго выслеживала меня, взяв однажды след у источника. И мне всегда удавалось уйти. Но не сегодня. Перехватив удобнее факел, приготовилась дороже отдать жизнь, понимая, что этот бой мне не выиграть. Год, целый год безрукой и безоружной удавалось выжить в адовом лабиринте чудовищ, избегая встреч с королевой местных хищников. Похоже, местные боги жалели калеку, потерявшую кисть левой руки. В первые дни, как я попала в лабиринт, большой удачей оказалось найти нишу в толще стены, укрытую кустом с вонючими плодами, соком которых я натирала тело и лицо, отпугивая зверье и мошкару.
Но любой удаче приходит конец, тварь загнала меня в тупик проклятого лабиринта. Сейчас сама смерть глядела на меня вертикальным зрачком, подрагивающем в золотистой бусине единственного глаза. Место второго занимал отвратительный рваный, толком не затянувшийся шрам, из которого сочился гной. И даже такой тварь оставалась опасной.
Я сделала обманный выпад, угрожая оружием кошке в последней попытке отпугнуть. Факел догорал, и единственное на что был годен, это сунуть тлеющий мох в изувеченную морду хищнику. Этот вариант оставила на крайний случай. Кошка была ранена, измождена, но инстинкт заставлял ее бороться за жизнь. По тягучей слюне, свисавшей с клыков, и впалым бокам было понятно, что голодала не первый день и готова была биться до конца. Терять ей было нечего. Как и мне.
Время точно замерло вокруг, нереально медленно отсчитывая мне последние мгновения. Пахнет страхом и прелью. Воздух дрожит от влажного марева. Не хочется умирать вот так, в сыром закутке клятого лабиринта, когда продержалась целый год на мысли о мести. В памяти всплывает равнодушный прищур чуть раскосых, хризолитовых глаз. Ярость вспыхивает, опаляя разум. Едва заметно двигаюсь в сторону по осклизлой, поросшей мхом поверхности, раня спину острыми сколами, стараясь не провоцировать хищника. Кошка с шумом втягивает воздух, впитывая такой желанный запах свежей крови. Мягко рыкнув, пружиня на широких лапах, она прогибается и, легко оторвав тело, прыгает. Рывок рукой и вспыхнувший от движения факел, теряя искры, с силой врезается в нежный нос и гноящуюся рану глаза. Успеваю лишь отшатнуться в сторону, больно впечатывая лопатки в острые выступы стены, рядом, оглашая ревом окрест, грузно валиться озлобленная болью и неудачей хищница.
Бежать, пока она не пришла в себя от болевого шока! Одно счастье — ее вой распугал хищников на много поворотов от этого места. Путь для меня свободен.
Кошка трется мордой о влажный мох и молотит лапами и хвостом в десятке сантиметров от моей ноги, пытаясь сбить пламя, тлеющее на шкуре. В глаза летит мусор, поднятый агонизирующим зверем. Щупаю землю вокруг в поисках факела, подхватываю древко под мышку и рывком отталкиваюсь от стены. Рука проваливается в пустоту, так и не нащупав каменной опоры, беспомощно взмахнув культей, заваливаюсь на спину. Рядом злобно рычит тварь, и голень обжигает болью.
— Эрик, бей уже! Осторожно по девке не попади! — земля возле лица вздрагивает от тяжелой поступи пары ног. — Тащи ее за хвост! Скорее! Стена сейчас закроется!
Звук тяжелого удара сопровождается визгом, в мою сторону летит сорванный со стен мох и камни. Боясь быть затоптанной, споро работаю локтями, отползая в сторону, противоположную схватке.
Похоже, неизвестный Эрик спас мне жизнь, насмерть сцепившись с кошкой-переростком.
Поднявшись, протерев глаза, оглядываюсь. Глаза беспомощно пытаются разглядеть хоть что-то в кромешной тьме.
Не может быть! Только не это! Я не могла ослепнуть!
Резкая боль в затылке, и перед глазами вспыхнули яркие круги, утягивая сознание в темную бездну.
Глава 1