Враги и фальсификаторы марксизма полностью

Эти господа отлично знают, что Маркс — непримиримый враг всякого идеализма, они прекрасно понимают «парадоксальность» (вернее неприглядность) своей философской утки, но эта «парадоксальность», эта ложь, для них неизбежна. Она является результатом того, что, совершая переход на позиции буржуазной идеалистической философии, социал-демократия неизменно твердила при этом о неприкосновенности и незапятнанности своих марксистских одежд, и теперь, когда сброшено все до последней нитки, оставшись in puris naturalibus, она продолжает твердить свои привычные уверения о преданности «историческому материализму», хотя у ее архиидеалистической концепции не осталось никаких точек соприкосновения с историческим материализмом, ни единой ниточки, связывающей ее с марксистским пониманием исторического процесса, хотя она защищает враждебную историческому материализму «теорию», его полную противоположность. Социал-фашистские «философы» воображают, что достаточно на клетке, в которой они помещаются, сделать надпись: «се лев, а не собака», чтобы убедить массы, по совету Кузьмы Пруткова, «не верить глазам своим».

Социал-фашисты «за» роль производительных сил, но… производительной силой является «человеческий разум» (In-telligenz). «Общественной производительной силой каждой эпохи является та ступень, которой достиг совокупный разум общества этой эпохи во взаимодействии индивидуальных разумов»[111]. Окрестив разум производительной силой, Левальтер может в дальнейшем без всякого труда твердить реакционные идеалистические зады под видом «исторического материализма». Тем, чем для Левальтера является «разум», для де-Мана является страсть: «Влечение, страсть, это — движущая сила всей человеческой деятельности»[112]. То, чем для де-Мана является страсть, для Адлера является «сознание» и т. д., и т. д. И все это носит название «исторический материализм»!

Приведем еще несколько образцов того, какими приемами пользуются при этом фальсификаторы: «Produzieren»=heraus-fiihren (производить=выводить наружу). Это предполагает существо, которое ставит себе цели… из своей головы оно «выводит наружу», производит»[113]. То, что «производят» в своих статьях Ландсгут и Майер, доказывает лишь, что они издавна питаются прогнившими отбросами буржуазной идеалистической кухни, и, пожалуй, эти «произведения» уместнее было бы «выводить наружу» не из головы! Исчерпывающую оценку этого «синонимического метода» читатель найдет в «Немецкой идеологии» Маркса и Энгельса, в главе «Откровение Иоанна Богослова».

Макс Адлер менее «оригинален», он практикует старые испытанные приемы. Он приводит следующую цитату из «Немецкой идеологии»: «То, что они (индивиды) собой представляют, совпадает следовательно с их производством, — совпадает как с тем, что они производят, так и с тем, как они производят». Здесь Адлер прекращает цитату и продолжает от себя: «И это производство всецело духовно»[114]. У Маркса же вместо этого следующее: «Что собою представляют индивиды, зависит, следовательно, от материальных условий их производства»[115]. Немудрено, что Адлер предпочитает свое «следовательно» марксову. И так как приведенная цитата для него некстати, то он «подкрепляет» свое «следовательно» другой цитатой из «Немецкой идеологии»: «Производство идей, представлений, сознания первоначально непосредственно вплетено в материальную деятельность, и материальное общение людей». В этом месте, пренебрегая многоточием, он «кое-что» пропускает и затем продолжает цитату дальше. Этим «кое-что» являются следующие слова Маркса: «Представление, мышление, духовное общение людей еще являются здесь непосредственно вытекающими из материального соотношения людей. То же самое можно сказать о духовном производстве, как оно выражается в языке, политике, законах, морали, религии, метафизике и т. д. того или другого народа»[116]. Все это Адлер проделывает на одной только странице, а их у него в одной лишь первой части учебника 252! Мы рекомендуем ему механизировать его способ ссылаться на Маркса: во всех цитатах опускать частицу «не». Получится как раз то, что требуется г-ну Адлеру.

Прежде чем расстаться с Адлером, познакомимся еще с одной его шулерской проделкой, не потому, что она ловчее других, а потому, что она получила распространение среди всего этого шулерского племени.