Он никогда раньше не обнимал ее на публике.
Геля боялась, что не успеет вовремя забрать Павлика из школы, но опасения оказались напрасными. Она успела, и они с Павликом хорошо погуляли. Правда, потом пошел снег с дождем и пришлось до дома бежать, но это было весело.
Никита не звонил, и от этого заметно портилось настроение. Если он не встретит ее после работы, вечер занять будет нечем. Странно. Раньше такой проблемы у Кати не возникало. Она ходила по магазинам, ужинала, лежала в ванне, потом в постели с книжкой и вовсе не скучала в одиночестве.
Впрочем, раньше все было по-другому. Раньше она старалась нравиться Саше и ей не пришло бы в голову провести вечер одной, если Саша выражал желание приехать.
Леся забежала, когда Катя уже выключила компьютер.
– Только что звонил Сашка!
– Какой Сашка? – не поняла Катя.
– Твой! Какой же еще?
– Зачем? – Катя от удивления даже села. – Откуда у него твой телефон?
– Да я сама удивилась! – Леся тоже села, подвинув Катину сумку. Сумка мешала смотреть на Катю. – Сашка спрашивал, не завела ли ты себе кого-нибудь?
– Так прямо и спросил? – поразилась Катя.
Представить Сашу, задающего такой вопрос, у нее как-то не получалось. Приличные люди не обсуждают любовные дела. Ни свои, ни чужие.
– Так прямо и спросил. Дословно: Катя ведет себя странно, не появился ли у нее новый друг.
– А ты?
– Как есть, так и сказала, – вздохнула Леся. – Никакого нового друга у тебя нет. Во всяком случае, мне об этом ничего не известно. Кать, он теперь точно на тебе женится. Вот увидишь!
– Я не хочу, чтобы он на мне женился! Выходит, я его заставила!
– Перестань! Никого ты не заставляла.
– Я вообще не хочу, чтобы он на мне женился.
– Раньше же хотела!
– Раньше хотела, а теперь не хочу. – Катя поправила лежавшие на столе бумаги, потянулась к сумке.
– Трудно с тобой! – пожаловалась Леся, вздохнула, покачала головой и ушла.
Кате стало себя жалко.
Теперь еще и Саша! Будто мало ей сегодня неприятностей.
Сначала Корышев со своей женой в кафе. Он смотрел на Катю как на пустое место. Как на мебель. Хотя за полчаса до этого расписывал, как она ему нужна.
Конечно, на самом деле их с Корышевым ничего не связывает, и он вел себя как любой мужчина, к которому на работу заглянула законная супруга. Но неприятный осадок все равно остался.
«А не надо строить глазки женатым мужчинам», – сделала себе замечание Катя. Тогда и расстраиваться не придется.
В этот час в лифтах было слишком много народу. Кате не хотелось толкаться среди незнакомых людей, и она пошла пешком по лестнице. Японцы рекомендуют всегда пользоваться лестницами. Отличная гимнастика и очень полезно для здоровья.
«Он не придет», – прикладывая электронный пропуск к турникету, заранее настраивала себя Катя. Никита не ждет ее у выхода, но грустить из-за этого не стоит. Ее ждет спокойный тихий вечер. Она полежит в ванне, а потом почитает или посмотрит какой-нибудь фильм. У нее не так много времени для отдыха, и это время надо ценить.
Никита ждал ее, зябко потирая руки.
– Замерз? – обрадовалась Катя, понимая, что весь день ждала этой минуты.
Это было главное, а все остальное не имело никакого значения.
– Угу, – улыбнулся Никита.
– Надо носить перчатки.
– У меня их нет.
– Я тебе подарю, – пообещала Катя и засмеялась.
Вообще-то, говорить так не стоило. Получается, она намекает на продолжение отношений, и Катя расстроилась.
– Поедем к брату? – поинтересовался Никита.
– Нет, – покачала она головой. – Продукты у него есть, лекарства тоже. Один справится.
Никита огляделся по сторонам и заговорщицким тоном сказал:
– Давай все-таки съездим.
– Зачем? – захлопала глазами Катя.
– Потом расскажу.
Разговаривать в метро было невозможно, но Кате казалось, что они продолжают разговаривать. Она видела его отражение в окне поезда и смотрела только на это отражение. И запрещала себе думать о том, что скоро он уедет обратно в свою Америку, а ей останутся тихие спокойные вечера, которые нечем занять.
– У меня очень мало времени, – сказал Никита, когда они вышли из метро.
– Для чего? – не поняла Катя.
Он быстро взял ее за плечи и развернул к себе.
– Для всего.
Ей очень хотелось, чтобы Никита ее поцеловал, но он опустил руки и пошел вперед.
– Мне нужно уехать, – сказала Геля сыну. – Побудешь несколько часов один.
– Хорошо, – кивнул Павлик. – А ты куда поедешь?
– На работу. Еды в холодильнике много, положишь в контейнер и разогреешь в микроволновке.
– Ладно.
– Дверь никому не открывать!
– Я знаю, мам. – Сын помялся и предложил: – Можно бабушка ко мне приедет?
Павлик боялся темноты, и Гелю это тревожило. Тревожило, что сын растет трусоватым.
– Бабушка совсем недавно очень долго с тобой была! Ей нужно работать, и у нее свои дела. Ты не маленький. Я в твоем возрасте каждый день была дома одна. Меня никто из школы не встречал, я одна приходила домой, разогревала еду и учила уроки.
Павлик молча повернулся и вышел из комнаты. В последнее время Геля часто ловила себя на том, что перестает понимать сына, и это тоже ее тревожило.
– Я ухожу! – одевшись, крикнула Геля.
– Пока! – Павлик выглянул из комнаты.
– Позвони, если будет скучно.
– Ладно.
