Говорить им, в общем-то, было не о чем. Геля допила кофе, не прикоснувшись к пирожным, и встала.
– До свидания, Денис. Рада была увидеться.
– Я тоже. – Он вежливо поднялся, но провожать Гелю не собирался. – Я действительно рад тебя видеть.
Она повернулась и, не оглядываясь, пошла к выходу.
Они с Денисом расстались, потому что сильно поссорились. Они часто ссорились, но тогда он сказал Геле то, чего она не могла простить до сих пор.
– Ты жестокая, – зло глядя на нее, заявил Денис.
На нем тогда был надет вязаный свитер. Рукав свитера был испачкан синей краской, и Геле это не нравилось.
– Что?! – от возмущения у Гели едва не выступили слезы.
– Ты очень жестокая, – с жалостью повторил он.
Геля просто повернулась и, не оглядываясь, ушла. Как сейчас.
Только сейчас она знала, что он за ней не побежит, а тогда была уверена, что догонит через несколько метров.
Денис не стал ее догонять.
Вскоре она встретила Вадима и теперь по-настоящему счастлива. Конечно, счастлива, у нее прекрасная семья. А трудная полоса когда-нибудь закончится.
К тому времени, когда Вадим и Павлик вернулись, Геля успела приготовить отличный обед.
Вадим звонил Ротневу непрерывно и безрезультатно. Действовать хотелось немедленно.
– Поеду к нему домой, – решил Вадим. – Хватит время тянуть.
– Я с тобой! – быстро сказала Геля.
– Нет, – не согласился он. – Ты будешь мне мешать. И потом…
Он покосился в сторону детской. Паша еще спал, и они разговаривали тихо.
Геля покивала и согласилась. Сын и без того пережил стресс, снова его пугать своим отсутствием нельзя.
Жена стояла около него, пока он одевался, и неожиданно Вадим почувствовал, что она единственная на свете по-настоящему его понимает. Зря ему казалось, будто понимает его только Катя.
– Все будет хорошо, – шепнул он, целуя Гелю.
Адрес Ротнева он взял в отделе кадров. Тогда же и с бухгалтершей поговорил, убедился в Марининой правоте, назвавшей девушку бестолковой дурой.
Генеральный жил неплохо. Квартира у него была в центре. Звонить в домофон Вадим не стал, дождался, пока из подъезда выйдет пожилая дама с собачкой. Дама подозрительно его оглядела, но Вадим решительно вошел в подъезд.
Черт с ней, с дамой.
Дверь Славкиной квартиры потрясала воображение. Настоящий дуб, латунные ручки и смешной звонок в ретростиле.
Вадим звонил долго и решительно. Он не уйдет отсюда, пока ему не откроют.
– Ты? – хмуро пробурчал Ротнев.
– Я, – сказал Вадим.
Дверь Ротнев открыл и даже пригласил Вадима в квартиру, чему тот немало удивился.
В одной из комнат на ковре лежал открытый чемодан.
– Смотаться решил? – усмехнулся Вадим, кивнув на чемодан. – С моими деньгами?
Этого генеральный не ожидал. Но не смутился. Слава несильно ударил кулаком по стене и вздохнул.
– Это не твои деньги.
Умница, не стал спрашивать, откуда Вадиму известно про настоящую бухгалтерию.
Впрочем, тайны всегда раскрываются, если у кого-то есть желание их раскрыть. Вадим постарается, чтобы у компетентных органов такое желание возникло.
Да он и сам бы давно уже докопался, если бы повнимательнее следил за делами в Гелиной фирме.
– Это не твои деньги, – повторил Ротнев. – Все официальные доходы, по контрактам, оформлены честно.
– Не все! – перебил Вадим. – Прибыль должна быть другой.
– Ну, пусть не все, – усмехнулся генеральный. – Я брал себе процент.
– Ты меня обворовывал!
– Да ладно!
Вадиму захотелось съездить кулаком по ненавистной роже.
– Любой на моем месте делал бы то же самое.
Не любой. Вадим никогда не брал незаработанных денег. И Геля не брала.
– Я тебе верил.
Это прозвучало жалко и глупо.
– Ну и зря! Больше никому не верь, – засмеялся Вячеслав и неожиданно добавил: – Даже своей жене.
– Мою жену мы обсуждать не будем! – Вадим потоптался и сел на пуфик. – Мы будем обсуждать те миллионы, которые ты отмывал через фирму.
– Забудь об этих деньгах, – посоветовал Ротнев. – И никогда не вспоминай, если хочешь остаться живым. Я вот хочу, и поэтому ничего обсуждать не буду.
Он не боялся Вадима. У него были сильные покровители. Вернее, подельники.
– Послушай, Вадик… Я не сам организовал… большой бизнес. – Хорошая формулировка, мысленно похвалил Вадим. Большой бизнес. Лучше не скажешь. – Не я создал систему, при которой средства выводятся за рубеж. И не моя вина, что я живу при этой системе. Мне сделали предложение, от которого не отказываются. Я еще пожить хочу. И ты на моем месте не отказался бы.
Кто сказал, что мафия рулила только в девяностые? Мафия рулила, рулит и будет рулить всегда.
Она будет рулить до тех пор, пока находятся желающие поучаствовать в мафиозных делишках.
– Мы сейчас поедем в прокуратуру, – вздохнул Вадим.
– Прокуратура сегодня работает? – засмеялся Ротнев. – Сегодня воскресенье.
Вадим не знал, работает ли по воскресеньям прокуратура. Он только знал, что не отстанет от мерзкого предателя.
– Разберемся.
Нет, ему только показалось, будто Ротнев его не боится. Губы у него дрожали, а руки сжимались в кулаки.
