Примерно сто лет назад Дэниэл Г. Бринтон, профессор американской археологии университета в Пенсильвании, написал весьма важную статью для журнала «Америкэн антрополоджист», озаглавленную «Археология острова Куба». В ней он свел воедино сведения, содержащиеся в более ранних публикациях, рассказывавших о весьма любопытных находках, Сделанных в самых разных частях острова. В числе наиболее странных из них следует упомянуть открытие кубинского археолога дона Мигеля Родригеса-Феррера — черного мраморного идола, найденного в горах восточной провинции Сантьяго. Высота идола — около 1 метра; он изображал «верхнюю часть туловища человека с мягким и добродушным выражением лица». Родригес-Феррер выставил эту статую в Гаванском университете, «где она и должна находиться сегодня».
Совершенно ясно, что этот черный идол не имел ничего общего с культурой тайно, которые просто не умели обрабатывать камень и селились почти исключительно в прибрежных районах острова. Более того, так как мрамора на Кубе нет, находка этого мраморного изваяния означает, что камень для создания идола, по-видимому, откуда-то привезли, возможно — с соседней Испаньолы, в южной части которой обнаружен мрамор. Возможно даже, что мрамор привезли и из более отдаленных мест, быть может, даже с материковой части Центральной Америки. Итак, на сегодняшний день происхождение черного идола остается тайной.
Другой пример. Бринтон упоминает о двух местечках в восточной части провинции Сантьяго, одно из которых носит название Пуэбло Вьехо, а другое — Ла Гран Тьерра де Майя.[29] Именно там Родригес-Феррер обнаружил «круги, квадраты, [могильные] курганы и изгороди». По его мнению, все эти находки в общих чертах весьма напоминают остатки земляных сооружений в долине Миссисипи, на территории Соединенных Штатов. Одноименная большая река, вбирая в себя многие притоки, впадает в озеро Миннесота, а затем продолжает свой путь на юг, к Мексиканскому заливу. Некоторые из земляных сооружений, встречающихся в этой долине и дошедших до нас в разной степени сохранности, являются совершенно уникальными памятниками, датируемыми примерно 4000–3000 гг. до н. э.
Помимо этих любопытнейших археологических находок, Бринтон упоминает об открытии огромных антропоморфных ликов, высеченных на скалах в речных долинах центральных районов Кубы, а также о «статуях-монолитах», которые не имеют ничего общего с культурой племени тайно.
Кроме того, надо упомянуть и о жадеитовом топоре, или рубиле, найденном в пещере, находящейся на крайней восточной оконечности острова. Топор этот, имеющий длину 19 см, имеет совершенно симметричную форму, прекрасно отшлифован и украшен изящной резьбой. Дэниэл Бринтон далее пишет, что в то время, когда была сделана эта находка, она представляла собой «самый изящный и совершенный артефакт в своем роде, который доводилось видеть членам [Берлинского антропологического общества]». Пещера, в которой он был найден, обращена устьем к морю, и в ней было обнаружено «особенно много костей, керамики и изделий из камня».
Жадеит на островах Карибского моря не встречается. Зато он был довольно широко распространен в культурах Центральноамериканского региона еще со времен возникновения цивилизации ольмеков и вплоть до эпохи колониальных завоеваний. Точный возраст топора, найденного на Кубе, остается неизвестным, хотя аналогичные изделия, выполненные из голубовато-зеленого жадеита, были обнаружены при раскопках в Коста-Рике. Стиль артефактов из жадеита также весьма близок к произведениям искусства, найденным в Веракрусе и Табаско — провинциях, расположенных на побережье Мексиканского залива и имевших культурные связи не только с ольмеками и ксиланка, но и с традиционными представлениями о возвращении Кетцалькоатля в Тлапаллан.
Совершенно очевидно, что в древности на Кубе существовала высокоразвитая цивилизация — та самая, которая оставила нам каменные изваяния, построила земляные монументы и, обладая сложным комплексом религиозных верований, проникла далеко в глубь острова. Кем же были люди этой культуры?
Первым ключом к этой тайне является множество естественных пещер, обнаруженных во многих районах Кубы. В большинстве из них найдены несомненные свидетельства того, что в доисторическую эпоху они служили людям и домом, и местом совершения религиозных ритуалов. Пещеры эти, образовавшиеся в известняке или «рифовых скалах» под воздействием воды многие десятки тысяч лет назад, имели огромное значение для кибонеев — представителей более ранней, чем тайно, культуры, получившей название кибонейской.
