Вокруг шептались люди, презрительно отворачивались те, кто ещё с утра улыбался навстречу. Равена пыталась отыскать в толпе Винтропа или Дреппина или ещё кого-нибудь, по чьим глазам она поймёт – они не верят в эту чушь. У конюшни она действительно увидела скотовода. Дреппин покачал головой, вздохнул и удалился. Остался стоять на месте Микки с глазами, полными слёз. Это были слёзы вовсе не от жалости. Он вдруг кинулся в толпу. Стражники едва поймали его у самых ног Равены.
– Предательница! – Крикнул он ей в лицо срывающимся голосом. – Я не хочу, чтобы ты меня учила! Не хочу иметь ничего общего с тобой, грязная полукровка! Я стану искателем приключений и буду путешествовать по миру, уничтожая таких, как ты! Все дроу, даже полукровки, достойны только костра!
Царапающегося и вырывающегося мальчишку оттащили подальше. Равена ещё долго слышала его истерический рёв. В сердце ей будто воткнули острое ледяное копьё. «Предательница!» – Читала она в каждом встречном лице.
Около казарм было столпотворение. Стражники пытались отвести кого-то в сторону. Девушка заметила полную фигуру Винтропа.
– Нет! Они не могли этого сделать! Мои девочки не способны на такое!
– Уймись, Винтроп, – осадил его Халл. – Мне это тоже неприятно, ведь тоже любил этих девчонок. Это не просто поклёп – их видели.
– Вздор! Чепуха! Я не верю! – Стоял на своём толстяк.
Он выбежал из таверны, как был: в замасленном переднике, с полотенцем на плече. Равена могла побиться об заклад, что обед сегодня будет изрядно подгоревший.
Их глаза встретились.
– Равена! Имоен! Девочки! – Рванулся к ним Винтроп, но бдительная стража преградила ему путь.
Имоен почему-то стало так горько и трудно смотреть ему в глаза. Она спряталась за спину названой сестры и тихонько хлюпнула носом.
– Девочки, скажите мне, скажите, что это неправда! Что вы не делали этого!
Равена задержала взгляд на его жалобном лице.
– Мы не делали этого, Винтроп, – почти шёпотом сказала полудроу, сама уже не особо веря в это.
Похоже, трактирщика этот ответ вполне устроил. Он успокоился и проводил взглядом своих девочек. Когда дверь казарм захлопнулась, он побрёл в таверну, нервно комкая полотенце в руках. Из окна кухни уже был виден чёрный дымок, и пахло гарью.
Их определили в самую дальнюю камеру. Она находилась в отдельной комнате, к ней вела толстая, крепкая дверь. Равена никогда не понимала, зачем вообще стоят в казармах эти клетки. Ведь впредь сюда никого не сажали. На территории Кэндлкипа никогда не было нарушителей спокойствия. И вот, по желанию капризной судьбы, она сама заперта в одной из них, как дикое животное. Равена вспомнила, как утром Имоен сравнила её с птицей в клетке.
Щёлкнул ключ в замке. Полудроу обернулась. Дверь замыкал тот самый стражник, который хотел ударить её в спину во время тренировки. Как и тогда он злорадно ухмылялся.
– Наконец-то ты там, где тебе самое место, отродье, – прокаркал он.
Равена не удостоила его ответом, отошла к задней стене и тяжело опустилась по ней на пол.
Некоторое время они все молчали, прислушиваясь к шагам за стеной. Вот хлопнула наружная дверь, и всё стихло. Первая не выдержала Имоен. Она сильно ударила рукой по прутьям, отбив себе при этом пальцы.
– Да что же это такое! Вы слышали, что сказал Халл? Нас видели…
– Нас оклеветали самым последним образом, – возмутилась Дайнахейр.
– Это даже не клевета, а чистой воды подстава, – надула губы Имоен.
– Это очень тщательно спланированная подстава, – вздохнула Джахейра. – Детально проработанная и с блеском завершённая.
– Но наше устранение на руку только Железному Трону, – рассуждала рыжая тараторка. – Тогда получается, что смерть трёх его руководителей – это просто спектакль?
– Им нет смысла разыгрывать своё убийство, – отрицательно мотнула головой друид.
– Тогда – Рыцари Щита? – Продолжала девушка. – Приехали не на переговоры, а чтобы убить, и тут подвернулась полудроу с командой для отмазки.
– Глупости. Они могли просто прислать убийц, но им тоже незачем их убивать.
– Мне кажется, я знаю, что произошло, – подала голос Равена. – Рьелтара и Бруноса в Кэндлкипе, а Талдорна во Вратах Бальдура могли убить…
Её слова прервала шумно открывшаяся дверь. Быстрыми шагами к их клетке приближался Хранитель Фолиантов Ульраунт. Он был уже в летах, волосы его были седы, а глаза почти бесцветны. Ульраунт редко выходил на улицу, почти всё своё время проводя в стенах библиотеки, а потому его лицо имело особую бледность. Добавить к этому облику белую мантию Хранителя Фолиантов, и можно было понять, почему он всегда казался Равене эдаким разозлённым привидением, безраздельно принадлежащим этому месту.
– Как я и ожидал, Равена, ты стала не только причиной смерти своего отца, но и ухитрилась опозорить его имя, – без приветствия, на ходу начал он.
– Отца? – Зло усмехнулась полудроу, даже не подумав встать с пола. – Какого именно?
Эти слова будто мгновенно выстроили невидимую стену между ними. Ульраунт резко остановился.
– Так ты наконец-то узнала, кто ты на самом деле?
– Да.
– Ну и как? Счастлива узнать о своей настоящей семье?
