У газетного торговца - а тут торговцы работали уже лет десять, все больше и больше йеменцев, особенно в городах умели читать и писать - князь купил Биржевые ведомости, приходящие сюда с опозданием на пять дней и местную Звезду Востока с типографией и редакцией в Багдаде. Нива еще не пришла, рано. Читать не стал, свернул и засунул под мышку - на аэродроме можно прочитать. Несмотря на то, что солнце только встало из-за горизонта, из хладных пучин океана - уже начинало припекать...
Авиаполк был отделен от общей, гражданской территории аэропорта колючей проволокой в два ряда, летный состав проходил через КП, устроенный по всем правилам военной науки - с кирпичными укрытиями для личного состава, с пулеметными стволами, торчащими из амбразур, с бетонными блоками, не дающими прорваться к шлагбауму на скорости. Исламисты ненавидели летчиков - небо было полностью за русскими, стоило только замешкаться - и на тебя обрушивалась неотвратимая, воющая смерть. Попытки прорыва на аэродром были, были и обстрелы - поэтому командование части предпринимало все возможные меры предосторожности.
Вольноопределяющийся, который проверял документы, был князю хорошо знаком.
- Что нового, Дончак?
"Вольник", с шикарными запорожскими усами и смешной фамилией пожал обтянутыми серой, с бурыми пятнами гимнастерки.
- Та ничего нового, пан летак... - Дончак говорил на смеси русского и польского, типичного для тех мест, откуда он родом - только в ночь обстреляли нас
- Обстреляли?
- Почитай тридцать мин на взлетку. Направляют зараз...
- По ангарам не попало?
- Кубыть нет.
Князь дружески хлопнул вольноопределяющегося по плечу, шагнул на территорию части.
На взлетке и впрямь работала техника - видно было даже отсюда. На военных аэродромах покрытие взлетно-посадочной полосы состоит из плит, быстро заменяемых после обстрела или бомбежки. Здесь же был гражданский аэродром, так его мать, гражданская полоса - и поэтому про полеты на сегодня следовало забыть. Взлетит только Г4, он и с поляны лесной взлететь может. А вот гордым соколам - сегодня отдых. Хотя, с их комполка - какой к чертовой матери и отдых...
Занятия устроит - к гадалке не ходи.
Его БШ-2***** располагался во втором ангаре, почти на самом краю поля - и именно туда он направил свои стопы, ибо плох тот летчик, который с утра первым делом не поинтересуется здоровьем своего железного скакуна, покорителя небес. Ангар, к облегчению Шаховского стоял нетронутым, ворота были распахнуты настежь и двое техников под командой сутуловатого, в очках, чахоточного вида инженера возились именно с его машиной.
- Доброго здоровья - вежливо, не по уставному поздоровался князь, ибо его отец учил его, что аристократия отличается от быдла вежливостью и обходительными манерами даже с нижними чинами. А опыт боевого (тут шла настоящая, без шуток, война) летчика подсказывал, что вернется он на аэродром или нет после очередной штурмовки какой-нибудь банды - это зависит не только от него но и от тех людей, кто готовит самолет к вылету.
- Доброго здравия и вам, ваше благородие - на секунду оторвались от работы техники. Техниками они были в первом поколении - от сохи, из нищих, безлошадных деревень центральной России, подавшиеся от бескормицы в город и закончившие "за счет Государя" техническое училище с обязательством десять лет отслужить на военной службе. Пройдет десять лет - и они будут готовить к полетам уже гражданские машины, или их возьмут на какую фабрику - люди после армии там ценятся, они порядок знают. А с авиации и вовсе - без вопросов, ибо авиация учит скрупулезности, придирчивости и мелочности в технических вопросах. Самолет - не танк, сломается - технички не дождешься...
Князь поздоровался за руку с инженером, летным техником первого класса Васильченко, кивнул в сторону - отойдем мол.
Отойдя, первым делом Васильченко закурил сигарету, турецкую, черную и вонючую. Эта привычка убивала его, доктор запретил курить строго настрого но он все равно кур ил, мотивируя тем, что живем один раз. Князь отступил чуть в сторону, чтобы сигаретный дым уплывал в распахнутые ворота ангара, не отравляя обоняние. Он курил только местный наргиле****** - и то под настроение а табаком - брезговал.
- Не попало?
- Нет, господин капитан. Бог миловал.
- Кого задело?
- То и странно - никого.
- Никого?!
- Истинный Бог - никого! - Васильченко истово перекрестился
Князю что-то не нравилось - но он пока не мог понять что. В произошедшем не было смысла - целить должны были в самолетные ангары.
- Коллиматор выставил?
- Выставил, проверил.
- Давление проверь. Травит, где то.
- Сделаем, господин капитан. Приземлились на сегодня...
- Прямо на задницу... - мрачно сказал князь - я позавтракаю и сюда. Вместе весь самолет переберем, коли не полетать сегодня.
