Су отрицательно покачал головой.
— А начать снова допрашивать?
— Да. Могут и снова допросить, и очень скоро. Пожалуйста, не пытайтесь уехать из республики.
— Следователь нам так и сказал. Отец, о чем бы ты хотел спросить инспектора?
Саймон заговорил на «мандаринском» китайском.
— Мистер Су, когда мой сын разговаривал с вами по телефону, я был рядом и слышал, как он спрашивал вас о Ли Лутане. Вы навели справки об этом джентльмене перед тем, как пришли сюда?
Су улыбнулся.
— Да, — ответил он на том же языке. — Я сделал один телефонный звонок.
— И что вы узнали?
— Я узнал, что мне не стоит делать следующий.
— Вам пригрозили?
— Да.
— Кто?
Инспектор опять улыбнулся и, не сказав ни слова, покачал головой.
— Понятно. — Саймон задумался. — Что еще вы можете нам сообщить?
— Думаю, ничего. Полагаю, это дело еще долго будет оставаться открытым.
— Вы не надеетесь поймать убийцу?
— Нет.
— Ладно. Большое вам спасибо, инспектор.
— Никаких проблем. Приятно было познакомиться с вами, мистер Юнг.
Су вежливо поклонился Саймону, потом неуклюже пожал руку Мэту.
— Жаль, что больше я ничем не смог помочь.
— Ну, что вы, спасибо за отзывчивость.
— Может быть, помогу в другой раз.
Су сунул руки в карманы плаща, развернулся и пошел по длинному коридору, который вел к ярко освещенному пространству. Но, сделав несколько шагов, остановился, словно задумавшись, а потом очень медленно вернулся назад. Англичане смотрели на инспектора с удивлением.
— Мистер Юнг, — тихо обратился он к Саймону по-китайски. — Вы помните «Гэлаохуэй»?
— Старинное тайное общество? Триады?
— Да. — Су кивнул несколько раз, как будто с предельной тщательностью взвешивая следующие слова. — Пожалуйста, будьте очень осторожны, — сказал он наконец и повернулся, собираясь уходить.
На этот раз инспектор уже не колебался, а шел быстрым шагом, пока не скрылся из виду, завернув за угол.
— О чем он толковал? — спросил Мэт. — Первую часть вашего разговора я понял, но не уловил смысл последних слов.
— Он утверждает, что тут замешана «Гэлаохуэй».
— Что?
— Группа триадистов, очень влиятельная на Тайване. — Саймон понизил голос и прижался губами к уху Мэта. — Это значит «общество старших братьев». Сунь Ятсен использовал их для сбора разведданных. То же самое делал и Тай Ли.
— Тай Ли?
— Единственный, кому дозволялось иметь при себе меч в присутствии Чан Кайши. Старый генерал был главой военной разведки.
Мэт чуть не задохнулся.
— Ты хочешь сказать, что к этому убийству имеет отношение Тайваньский гарнизон?
— Я ничего такого не говорю. И тебе не советую. — Саймон вздрогнул.
— Пойдем-ка отсюда, мне нужно выпить.
Они вызвали лифт. Пока поднимались, Саймон нехотя признал:
— Ты совсем не плохо беседовал с этим полицейским. Многому научился.
— Спасибо.
— Все на нас валится, верно? Нас подставили. Сначала судебное расследование в Синьчу, потом А-Фань. Мы свидетели убийства, а то и подозреваемые номер один. Так что теперь мы оба в их распоряжении, обязаны приходить на допросы, стоит им только щелкнуть пальцами, и, если твой друг прав, расследование может продлиться долго.
— Ты чертовски все усложняешь. Подобное уже случалось, и не тайваньцы стояли за этим делом. Помнишь, как «красные» загнали тебя в угол в восемьдесят пятом, когда устроили на твоих глазах террористическую акцию в пекинском аэропорту? Это тактика коммунистов: прижать человека к стенке, сделав его свидетелем преступления.
— Но у Народной Республики в данном случае нет для этого мотивов. Нет, ты ошибаешься: это китайская тактика. Они нажимают на нас. «Как аукнется, так и откликнется» — вот что они хотят сказать.
— Ты думаешь, это сделал Ли?
— Нет, мы были вместе. У него безупречное алиби, если оно ему потребуется. Но я прихожу к мысли, что он организовал это убийство. Ты помнишь, как безлюдно было тогда в клубе?
— Мы с Родом Хэйнсом как раз говорили об этом.
— Полагаю, что Ли очистил место. Мы — ты, я, Хэйнс — можем дать друг другу алиби, но не уверен, что китайский персонал клуба подтвердит наши слова.
— Господи, мне и в голову это не пришло. Но неужели ты действительно думаешь, что Ли?..
— А кто еще мог отдать приказ полиции, чтобы она забыла о его присутствии?
Войдя в номер, Саймон сразу же устремился к столику на колесиках, уставленному бутылками.
— Когда придет Ленни?
— Он может появиться здесь в любую минуту. Ты хочешь отменить сегодняшнюю встречу?
— Нет. Правило номер один: босс никогда не должен показывать своим служащим, что чем-то расстроен. Кроме того, у меня есть новость, которой я хочу с ним поделиться. — Саймон усмехнулся. — Я кое-что узнал накануне. Тебе известно, что, еще будучи в университете, Ленни написал статью по поводу какого-то аспекта в шахматной теории? Судя по всему, она до сих пор является последним словом в этой области, по крайней мере, так сказал мой партнер. Его поразило, что я ничего не слыхал об этом в те годы.
— Я тоже совершенно ничего не знал. Ленни не любит хвастать.
