Комендант Восточной крепости Ордена «Сынов Света» вспомнил свое детство в селе Бробилевице. У них был огромный яблоневый сад, и маленький Кшиштоф просто рос там.
Воспитанное отцом и дедом отношение к яблоням, приметы и приемы ухода за деревьями остались навсегда. Вот только надежда отца и деда на продолжение дела их жизни не совпала с интересами наследника. Ему не хотелось в замызганной одежде целые дни проводить в саду в надежде на то, что осенью они смогут заработать на продаже яблок.
Урожайный год не приносил больших денег, потому что у всех тоже были яблоки, засушливое или дождливое лето не давало урожая никому, иногда морозы грозили уничтожить не только будущий урожай, но и деревья. И тогда приходилось жечь костры, чтобы хоть как-то обогреть замерзающие яблони. Такая нестабильность отпугивала Кшиштофа, и он выбрал семинарию.
Годы изнурительной учебы сделали из него диакона, ограничивающего себя во всем ради служения Господу. Постепенно он оглядывался по сторонам и набирался опыта. Перспектива стать пресвитером только лет через тридцать-сорок виделась весьма печальной. Жизнь была бы потеряна, если бы не случайная встреча с одним из товарищей по семинарии, предложившим ему попробовать себя на вакансии преподавателя в приходской школе при кафедральном соборе Вроцлава. Там он и познакомился с братом Саймоном, который разглядел в Кшиштофе родственную душу и тащил за собой, как в тандеме, все эти годы. С его помощью Кшиштоф получил сан и новое имя Остин, прошел полное погружение для прочтения Первой и Второй книг. Позже его стали называть флэшером, но в практических акциях Остин не участвовал. Зато теперь он занял кабинет прелата собора в одной из палат капеллы Святого Причастия Северной башни собора Святого Иоанна Крестителя.
Как ни странно, это теперь усложняло их встречи с братом Саймоном. Дабы не обсуждать важные дела в окружении любопытных, они встречались на нейтральной территории. Благо, представительские расходы в Святом Ордене были хорошими и позволяли не экономить. Вот и вчерашний разговор с новым Магистром Святого Ордена был очень доверительным. Они пересеклись на нейтральной территории в Сан-Марино, что на востоке Италии. Вернее, в маленькой таверне «Римпатриата», название которой можно было бы перевести как «встреча старых друзей». Она располагалась на зеленом холме по дороге из старейшей церкви Сан-Франческо, построенной в республике Сан-Марино в 1400 году, где Магистр был с инспекцией. Остин же возвращался из Турина и сделал пересадку в аэропорту Риччоне. До таверны, так понравившейся брату Саймону лет десять назад, было не более пятнадцати километров.
― Храни Господь Святой Орден, ― негромко произнес брат Остин, обнимаясь с давним товарищем.
– Аминь, ― так же тихо ответил брат Саймон, ― не будем привлекать внимания, поговорим на польском. Я заказал столик в углу веранды, надеюсь, там будет спокойно.
За четверть века совместной работы они привыкли друг к другу, оба разделяя свою жизнь на две неодинаковые части: службу в кафедральном соборе и Святом Ордене. Это чем-то напоминало детские игры в шпионов и разведчиков, когда некие обусловленные слова и фразы ничего не говорили окружающим, а посвященным сообщали нечто важное. С возрастом темы стали гораздо значимее, но принцип общения остался прежним.
– Я хотел поговорить с тобой, дорогой Кшиштоф, о проекте «Копьеносец», который Джерри оставил на полпути… Храни Господь его душу.
– Да будет Господь милостив к рабам своим, ― собеседник быстро перекрестился.
– Из реальных лайтеров остались только Вильям и Джефри. Баланс силы в Ордене пока соблюдается, но это минимум. Джефри еще не неопытен, а Вильям травмирован.
Прелат храма Святого Иоанна Крестителя молча кивнул.
– Какое впечатление у тебя сложилось по документам аналитического отдела, которые я просил тебя посмотреть в прошлый раз?
– Тень отца Гамлета, ― пошутил брат Остин. ― Незадолго до своей кончины Джерри назначил на должность комптура аналитического отдела некоего Джеймса из гловеров своей группы. Все его аналитические записки я бы разделил на две неравные части. Большая из них не представляет особого интереса, другая, наоборот, привлекает глубокой проработкой и удивительной интуицией.
– У меня возникали подобные мысли при работе с последними документами отдела… Думаешь, Джерри редактировал их?
– Не напрямую, конечно, ― уверенно заявил комендант Восточной крепости, ― но явно влиял на комптура.
– В своих интересах?
– Ты тоже так думаешь, дорогой Нати.
– Признаться, ― согласился Магистр, ― мне всегда казалась бредовой идея Джерри о Русской крепости… Поставить наши опорные пункты по крупным городам России в виде благотворительных обществ, да. Искать способных детей среди славян, да. Продвигать кого-то из Ордена в науку или правительство России, да. Но зачем, скажите, покупать храм Святого Мартина Исповедника?
– Думаю, ты прав. Джерри по непонятным причинам явно торопился с проектом «Копьеносец». Хотя по выводам аналитического отдела все было гладко.
