Эррил нахмурился. Так много смертей. Если Джерик умрет этой ночью, он будет третьим членом команды, погибшим на шестой день перехода. Они уже потеряли дварфского разведчика, натолкнувшегося на огненного червя, и еще одного дварфа, наступившего на рогатую жабу в красной грязи. Первый умер мгновенно, второй исходил криками полдня, прежде чем поддаться жабьему яду.
— А теперь Джерик…
— Может, моя магия поможет? — в сотый раз спросила Елена, заламывая руки.
— Нет, — твердо ответил Эррил, подходя к ним. — Мы знаем, что этот край настроен на магию. Будет опасно продвигаться дальше, разбудив его.
— Но…
Мама Фреда прервала ее.
— Эррил прав. Все равно твоя магия не спасет его. Лишь продлит мучения. — Закончив с бинтами, она села на корточки, расстроенная и встревоженная.
Джерик уже не так сильно бился в агонии.
Толчук протер эльфу лоб влажной тряпкой.
Старая знахарка тяжело вздохнула. Тикал, сидящий на плече, прижался к ее щеке. Он был едва заметен. Видимо, даже касаться этой отравленной земли опасно.
— Если бы я знала лучше этот край, — тихо проговорила Мама Фреда, — может, отыскала бы местное лекарство. Но я никогда не видела такого разнообразия больных созданий и растений.
Веннар включился в разговор, выходя из сумеречной мглы.
— Ни одного из этих дурных созданий не существовало на наших землях, пока из древнего рудника не явился Тот, у кого нет имени. — Он огляделся. — Эти горы когда-то покрывали сосны и секвойи; в их гуще жили олени, кролики, лисы, барсуки.
Эррил разглядывал ландшафт в сумерках опускающейся ночи. Трудно было поверить Веннару. Когда земля успела так изуродоваться?
Елена уселась на гладкий камень у лагерного костра.
— Если мы не разрушим Врата Плотины, весь мир станет таким.
— Но как мы выберемся отсюда? — Эррил бросил взгляд через плечо: на востоке небо озарялось пламенем расплавленного потока в ущелье.
— Будем надеяться, мои разведчики найдут выход, — сказал Веннар.
В каждом направлении было разослано по двое разведчиков, вооруженных биноклями. Они должны были взобраться на ближайшие пики и найти конец ущелья, какой-нибудь обходной путь.
Эррил оглядел лагерь. Кроме ушедших разведчиков, остались Веннар и еще шесть дварфов — слишком мало, чтобы отразить реальную опасность. Ему не нравились местные странности. Отряд не только сокращался численно, но и сильно истощился. У многих из-за нездорового воздуха и гнилой воды развились всевозможные болезни: кашель, лихорадка, спазмы желудка. Но дварфам приходилось хуже всего: не столько из-за болезней, сколько из-за отчаяния, охватившего их души. Они мало разговаривали, пораженно разглядывая свои опустошенные земли.
Елена прокашлялась и указала рукой наверх:
— Этой ночью полнолуние.
Эррил насторожился. Он увидел огни в ее глазах и мог легко догадаться о намерении, скрывающимся за этим замечанием.
— Хочешь открыть Кровавый Дневник?
— Если мы хотим победить, — спокойно ответила она, — нужно использовать любую доступную возможность.
— Но твоя магия?.. — начал Эррил.
— Мне не нужно тратить магию, чтобы призвать из книги дух Чо. Сила заложена в самой книге, вплетена в древнее заклятие твоего брата. Она не должна вызвать тревогу у здешних наблюдателей.
— Мы не знаем этого наверняка. Лучше подождать возвращения разведчиков.
Будто услышав его, у скал раздались приглушенные шорохи. Все подскочили. Караульный крикнул в темноту и получил ответ на дварфском наречии.
Вскоре в лагерь ступила пара шумно переговаривающихся дварфов. Но они были не одни. Между ними брел скрученный веревками и ремнями странный краснокожий зверь с горящими желтыми глазами. Он выглядел как лягушонок из-за перепончатых пальцев на руках и ногах, на концах которых были присоски.
— Что это? — спросила Елена, наклоняясь.
Эррил слегка оттеснил ее назад.
Один из разведчиков покачал головой.
— Мы взобрались на гребень горы и наблюдали за ущельем. Оно тянется до самого горизонта, переходов нет.
Эррил едва сдержал стон.
— А что есть это создание? — спросил Толчук, выходя к свету. — Мы можем его съесть?
Красное создание взглянуло на огромного огра и задрожало всем телом, округлив желтые глаза. Оно попыталось вырваться.
— Нет, — из его толстых губ внезапно вырвался писк. — Пожалуйста, не есть бедного Григреля.
— Оно разговаривает! — воскликнула Елена.
Один из дварфов тряхнул его.
— Спокойно, ты, куча вонючего лошадиного помета.
Животное сжалось, заскулило и еще сильнее задрожало.
Елена нахмурилась и двинулась вперед, отодвигая Эррила. Она села перед связанным созданием на колени и положила ладонь на его руку.
— Тише, все хорошо. Мы не причиним тебе вреда.
— Мы поймали его, когда он пытался стащить наш бинокль. Я положил его на камень, а когда через мгновение обернулся, этот шельмец удирал, держа бинокль в своих маленьких грязных лапах.
— Красивый вещь… блестящий, — заскулило существо.
— Мы его поймали, метнув камень и точно попав в цель, — закончил разведчик.
Эррил закатил глаза.
— Кто это?
Веннар ответил ему:
