Улыбка мгновенно сбежала с лица Томаса. Конец их словесной перепалке положило возвращение Долгана, Гардана и воинов. Все они сгибались под тяжестью деревянных балок, прежде служивших подпорками в шахтах.
Путники развели костер. Сухие поленья загорелись быстро и дружно. Вскоре вся пещера оказалась освещена ярким огнем.
Места Томаса и Пага у выходов в туннели заняли воины. Мальчики погрелись у костра, поужинали и улеглись, разостлав на жестком земляном полу пещеры свои шерстяные плащи. Паг долго ворочался на своем неуютном ложе и прислушивался к голосам герцога, Аруты и Долгана. Но вскоре усталость взяла свое и он сам не заметил, как заснул.
Путники снова вели вьючных мулов вдоль подземных коридоров. Копыта животных цокали по каменистой почве, и этот дробный звук эхом разносился по лабиринту бесчисленных ходов. День близился к концу. С самого утра они шагали вслед за неутомимым Долганом, сделав лишь два коротких привала в пещерах. Гном то и дело подгонял утомленных путников, уговаривая их двигаться быстрее. Вскоре они должны были выйти к пещере, где им предстояло провести ночь. Паг с трудом передвигал отяжелевшие, словно налитые свинцом ноги. Он то и дело тревожно озирался по сторонам. Ему чудилось, что за ними по пятам крадется чтото жуткое, что их вот-вот настигнет безымянное чудовище, олицетворение какой-то неведомой опасности, названия которой он не знал. Когда он в очередной раз оглянулся, Гардан, замыкавший колонну, кивнул и мрачно проговорил:
— Я тоже чувствую, что какая-то нечисть крадется за нами. Но как ни вглядываюсь, не вижу никого позади!
Вскоре они вошли в просторную пещеру, и гном поднял руку вверх, призывая всех к молчанию. Крайдийцы застыли в напряженных позах. Каждый вслушивался в тишину, окутавшую подземелье. Паг и Томас переглянулись, затаив дыхание. Долган нахмурился и покачал головой.
— Мне было показалось… — неуверенно проговорил он. — Впрочем, не будем об этом. Мы заночуем здесь!
Солдаты распрягли и расседлали мулов. Путники захватили с собой изрядный запас древесины, и теперь посреди пещеры вновь был разведен костер.
Когда Пагу и Томасу было разрешено покинуть посты, они присели у огня, где собрались все крайдийцы за исключением дежуривших у выходов солдат, и Долган. Гном закурил свою трубку и обратился к герцогу:
— Ваше сиятельство, к той части Мак Мордейн Кадала, где мы теперь находимся, примыкают многие из глубоких древних коридоров, о которых я вам толковал. Следующая пещера, где мы остановимся, соединена несколькими ходами с нашими заброшенными шахтами. Из нее есть также и прямой путь наружу, к подножию горы. Мы двинемся по нему и, если богам будет угодно, снова увидим солнечный свет завтра к полудню.
Боуррик взглянул по сторонам, и на лицо его набежала тень.
— Скорей бы! — воскликнул он. — Может, тебе здесь и нравится, друг гном, но я предпочел бы как можно быстрее покинуть это подземелье! Уж больно здесь мрачно и жутко!
Долган от души расхохотался, и смех его подхватило многоголосое эхо.
— Как знать, лорд Боуррик, — проговорил он, — кто кому больше по душе — гномы подземелью или подземелье гномам. Я без труда отыскиваю путь в запутанных лабиринтах туннелей и ходов и, что греха таить, чувствую себя здесь, как дома. Ведь мой народ искони добывал свои сокровища в горных недрах. Но поверьте, мне гораздо больше по нраву пасти стада на высокогорных пастбищах Калдары или потягивать эль с друзьями и родней за дубовым столом в моем скромном доме!
Глаза Пага загорелись от любопытства:
— Вы и баллады поете?
Долган с улыбкой закивал головой:
— А как же, паренек! Зимы у нас в горах долгие и суровые. Еще до первых снегов мы отгоняем скот на зимние пастбища и в ожидании прихода весны проводим свои дни за дружеской беседой под кружку доброго осеннего эля да за пением наших баллад.
— Как бы мне хотелось побывать в каком-нибудь из ваших поселений, Долган!
Гном сделал затяжку, выпустил изо рта струю дыма и проговорил:
— Что ж, может, тебе и доведется посетить нас. В таком случае — милости просим!
Отряд расположился на ночь на каменном полу пещеры. Вскоре оба мальчика заснули. Но через несколько часов Паг проснулся, сел на корточки и стал с тревогой озираться по сторонам. Безотчетный страх, не оставлявший его на протяжении всего прошедшего дня, вновь дал о себе знать. Паг вгляделся в догоравшие поленья, скользнул взглядом по телам спавших крайдийцев и с радостью удостоверился, что стражи, выставленные у выходов из пещеры, бдительно несли свою вахту. Но в следующее мгновение чувство необъяснимого ужаса с такой силой охватило его душу, что он решил было разбудить Томаса. Но ощущение неведомо откуда надвигавшейся опасности внезапно исчезло, оставив его обессиленным и внутренне опустошенным. Он со вздохом вытянулся на своем плаще, брошенном на жесткий каменный пол, и вновь погрузился в сон.
