— Жизнь сурово обошлась с Мартином. Он рано осиротел, а монахи Сильбанского аббатства, хотя и были добры к нему, плохо представляли себе, как следует воспитывать мальчишек. При любой возможности он убегал от них и прятался в лесной чаще. Однажды он подрался с двумя маленькими эльфами. Знаешь, в раннем детстве мы мало чем отличаемся от людей. Я случайно оказался поблизости и разнял их. Мартин вырос и стал одним из немногих людей, кто может приходить к нам в Эльвандар, когда пожелает. Мы любим его и ценим его дружбу. Но несмотря на это он очень одинок. Ведь Мартин вовсе не эльф, но и не вполне человек. Он словно бы заплутался между двумя мирами — эльфийским и человеческим — и очутился в тупике.
Паг вспомнил Мартина, его добрую, грустную улыбку, и дал себе слово покороче сойтись с этим загадочным человеком, чтобы тот больше не чувствовал себя таким одиноким.
— Но то, что он рассказывал об эльфах, правда?
— Отчасти да. Мы не понимаем языка животных, но без труда угадываем их настроения и передаем им наши с помощью интонаций, жестов, движений рук. Мартин вполне овладел этим умением. Мы не разговариваем с призраками, хотя и общаемся с некоторыми существами, которых люди почитают за призраков — с дриадами, феями, лесными оборотнями. Но это вполне реальные, живые создания, чье волшебство немного сродни нашему.
— Волшебство? — переспросил Паг. В глазах его загорелось любопытство.
Калин улыбнулся и охотно пояснил:
— Волшебство является неотъемлемой частью нашего существования, основой всей нашей жизни. Наиболее явственно оно дает о себе знать в Эльвандаре, где мы ведем замкнутую и уединенную жизнь в течение многих столетий, бережно храня наши традиции, которые уходят корнями в седую старину. Поверь, ничем особенным мы не занимаемся — просто охотимся, ухаживаем за растениями и животными, пируем в дни празднеств, воспитываем малышей. Время в Эльвандаре движется медленнее, чем где бы то ни было, и потому живем мы подолгу. Мне, если согласовать мой возраст с вашим человеческим измерением, немногим больше сотни лет.
— Больше сотни? — вздрогнув, пробормотал Паг и с опаской взглянул на принца. — Ах, бедняга Томас! — вздохнул он. — У него лицо вытянулось, когда он узнал, что вы — сын королевы. Он-то принял ее за совсем молоденькую девушку. Что же будет с ним, когда ему станет известно, сколько вам лет?
Калин склонил голову набок. На лице его появилась загадочная полуулыбка:
— Ты говоришь о том светловолосом пареньке, который присутствовал на совете?
Паг кивнул. Калин развел руками.
— Что ж, королева не впервые пленяет воображение сына вашего племени. Правда, зрелые мужчины гораздо лучше умеют скрывать свои чувства.
— Надеюсь, вы не держите зла на Томаса? — осторожно спросил Паг.
— Нет, Паг, нисколько. Весь Эльвандар боготворит свою королеву, справедливо считая ее редкостной красавицей. Меня нисколько не удивляет, что твой друг очарован ею. После кончины короля многие из знатных и богатых жителей вашего Королевства дерзали домогаться ее руки. Срок ее траура окончился, и королева вольна избрать себе нового спутника жизни. Однако навряд ли им окажется кто-либо из людей. Подобные союзы весьма редки и всегда заканчиваются печально, ведь человеческая жизнь так коротка! — Калин улыбнулся приунывшему Пагу и с улыбкой предположил: — Скорее всего твой белокурый друг Томас, возмужав, сумеет побороть свою детскую влюбленность в королеву эльфов. Мне думается, что и чувства принцессы к тебе окажутся не намного долговечнее.
Последние слова Калина застали Пага врасплох. Щеки его зарделись, и он неуверенно пробормотал:
— Я заметил, что за обедом вы долго о чем-то беседовали с ее высочеством.
— После ее рассказов о твоих подвигах я представлял тебя широкоплечим великаном семи футов ростом. Каролина поведала мне, что ты на ее глазах умертвил целую стаю троллей.
Щеки Пага окончательно побагровели.
— Всего двоих, — едва слышно прошептал он и опустил голову.
— Да и то случайно.
Калин ласково потрепал его по плечу.
— Тебе есть чем гордиться, сквайр Паг. Ведь справиться даже с двумя этими существами — уже великий подвиг для ученика придворного чародея. Ты просто молодчина! А я, признаться, подумал, что история с троллями — от начала и до конца вымысел принцессы.
Приободрившись от этой похвалы, Паг подробно рассказал принцу о происшествии на берегу реки.
— Случай и впрямь удивительный, Паг, — сказал Калин, внимательно выслушав его. — Я мало знаком с магическим искусством людей, но похоже, что Кулган был прав. Полагаю, что тебе удалось осуществить невозможное лишь потому, что сила твоего внутреннего сосредоточения была необыкновенно высока. Она и помогла тебе направить действие заклинания на троллей.
— Мне тоже кажется, что так все и было. Но я хотел бы лучше понять и законы магии, да и себя самого тоже.
— Со временем ты обязательно этого добьешься.
— И Каролину, — со вздохом добавил Паг.
