Врата зимы полностью

– Надежда всегда остается, и потому ничего не бойся. В этом нет ничего страшного. Все пройдет. На тебя подействовал заколдованный столб Бледного Короля, а на самом деле ты очень храбрый парень. Другие воины, которые постояли бы там рядом с тобой, давно превратились бы в растаявший студень.

Или поубивали бы друг друга, охваченные слепой, безумной яростью, подумала Грейс. Однако вслух она ничего не сказала. Кажется, ее слова убедили молодого воина. Она подбодрила также и других мужчин, мысленно осмотрев их нити жизни. Никаких видимых повреждений не обнаружилось. Грейс отпустила воинов, дав им лекарственных трав, которые помогут им спокойно уснуть.

– У вас удивительный талант врачевания, Ваше величество! – искренне восхитился Дарж.

«Если так, тогда почему мне не удается вытащить этот злосчастный осколок из твоей груди?» – подумала Грейс, прекрасно зная, что никогда не произнесет этих слов вслух.

– Отдохни, Дарж, – вместо этого попросила она.

– Как пожелаете, Ваше величество, – ответил эмбарец и отправился к своей палатке.

Грейс знала, что отдыхать он, конечно, не будет. Неутомимый рыцарь обязательно найдет себе какое-нибудь нужное, по его мнению, занятие и пустит в свою палатку кого-то другого, кому действительно нужен отдых. Как он ухитряется обходиться без сна, она не понимала.

Грейс почувствовала, что валится от усталости с ног, и легла рядом с безмятежно спавшей Тирой.

– Грейс, ты слышишь меня?

Голос был знакомый, успокаивающий. Это скорее всего сон.

– Грейс, прошу тебя. Ты здесь?

Глаза Грейс открылись, она села на кровати.

– Эйрин?!

– Да, Грейс, это я. Слава Сайе, я нашла тебя. Неподалеку от того места, где ты находишься, в Паутине Жизни какое-то темное пятно. Мне пришлось обследовать все соседние нити. У Лирит возникло ужасное предчувствие, что случилось что-то плохое. С тобой все в порядке?

Грейс вздохнула.

– С нами все нормально. По крайней мере с большинством из нас.

Она быстро объяснила Эйрин суть случившегося – мертвые Пауки и колдовской столб. Грейс также рассказала о сражении с фейдримами в Дан-Дордуруне и о необычной встрече с королевой Иволейной.

– Мне очень жаль, Грейс. Не нужно было так долго откладывать нашу мысленную встречу с тобой. Наверное, я просто не хотела огорчать тебя, напоминая о себе.

Грейс улыбнулась. Усталость понемногу уходила, уступая место энергии, которой ее подпитала Эйрин.

– Как дела в Кейлавере?

– Воины прибывают целыми отрядами, даже из далеких южных земель. Скоро Бореас выдвинется на север во главе внушительного войска. Но есть кое-что еще, что мне стало более понятным после твоего рассказа и все же я думаю, что она лишилась рассудка.

Грейс почувствовала, что вся похолодела.

– О ком ты говоришь, Эйрин? Кто лишился рассудка?

– Королева Иволейна…

Когда Эйрин принялась рассказывать о неожиданном прибытии в Кейлавер королевы Иволейны, резко отвергнувшей трех колдуний, Грейс накинула на плечи шаль.

– Она заявила, что больше не желает иметь с нами дела, что она приехала в замок только ради одного человека. Я не сразу поняла, кого она имеет в виду. Затем, прошлой ночью, я сотворила заклинание. Я знаю, что это было очень опасно, но я увидела принца Теравиана, который разговаривал в саду с королевой Иволейной.

Грейс невольно вздрогнула.

– Чего же Иволейна хотела от принца?

Ответ донесся мгновенно.

– Он – ее сын. Королева Иволейна – мать принца Теравиана.

Они еще несколько минут общались через Паутину Жизни, пока Эйрин наконец не призналась, что устала.

– Давай прощаться, Грейс. Я не уверена, что она… что кто-то не подслушивает нас. Я очень устала и больше не могу охранять нашу нить. Мы любим тебя и скоро снова пообщаемся с тобой. Да хранит тебя Сайя!

– До свидания! – мысленно попрощалась Грейс и с любовью посмотрела на мирно спящую Тиру.