Враждебные воды полностью

В 18.00 5 октября с помощью шлюпки № 1 завели буксир на ПЛ с теплохода “Красногвардейск”. Из отверстий в носовой части лодки начал опять выходить воздух при продувании цистерн. Лодка встала почти на ровный киль. В 18.20 начали движение. С “Красногвардейском” и объектом была установлена постоянная связь на УКВ, канал 6, велось постоянное радиолокационное наблюдение за дистанцией между буксиром и буксируемой ПЛ с целью своевременного обнаружения обрыва буксира. “Красногвардейск” двигался со скоростью 2,5—3 узла курсом 63. Я держался на дистанции 5—6 кабельтов к северо-западу от буксируемого объекта, прикрывая его от волн зыби, продолжая готовить для экипажа теплую одежду, изолирующие дыхательные аппараты, средства связи и сигнализации, продовольствие и воду, запрошенные командиром ПЛ.

Из судового журнала теплохода “Анатолий Васильев”

Из трубы “Красногвардейска” вырвался столб черного дыма. И как только единственный винт грузового судна стал вспенивать воду, трос пришел в движение.

Нос подводной лодки качнулся, как только натянулся трос. От большого напряжения сталь заскрипела, и этот звук напоминал человеческий крик. Толстый трос хрустел и гудел, как натянутая струна. Перед носом лодки образовался небольшой бурун.

— Командир! — радостным голосом воскликнул Владимиров, — у нас получилось!

— Вижу, что получилось. А сейчас распишите людей по вахте. Судя по всему, нам предстоит долгий путь. Москва приказала следовать в Гаджиево.

— Они совсем сошли с ума! До нашей базы несколько тысяч миль! Таким ходом и на таком буксире...

— Начальство думает долго, но решает мудро. К Новому году как раз поспеем, — ехидно прокомментировал ситуацию дед Красильников.

“А может, я был не прав, — подумал Британов. — Может быть, просто я так привык к неудачам, что для надежды практически не осталось места”. Буксир работал. В конце концов, они снова плыли.

В 20.45 поднял на борт шлюпку № 2. В 22.00 шлюпка № 1 получила у моего борта приготовленное для лодки снабжение и через тридцать минут передала его на лодку в сложных условиях океанской зыби, которая увеличиласьдо трех-четырех баллов. После чего сняли с ПЛ часть аварийной партии, которую доставили на “Красногвардейск”. На ПЛ осталось 9 человек во главе с командиром Британовым. В 24.00 шлюпка № 1 закончила операции и была поднята на борт.

В течение всего этого времени с борта судна неоднократно наблюдался перископ и бурун от неопознанной подводной лодки, проходившей на расстоянии 10—15 метров от буксирного троса и буксируемой ПЛ.

Константин Владимирович Щигалев, капитан теплохода “Анатолий Васильев”

К-219, 6 октября, 06.18

Несмотря на сгустившиеся сумерки, Британов, взяв бинокль, настроил его на трос. Толстый стальной канат почти сразу за носом лодки уходил под воду, где провисал из-за своей тяжести на глубине около ста метров. Теперь он повернул бинокль так, чтобы можно было увидеть горизонт.

Вдруг командир заметил какую-то точку, движущуюся по тропическому морю. Бело-голубой светящийся след направлялся на пересечку их курса.

— Товарищ командир? — вопросительно произнес старпом.

— Посмотри. Это снова он. — Он вручил бинокль Владимирову.

Уже хорошо знакомый перископ на высокой скорости разрезал морскую поверхность, и, несмотря на пенящуюся вокруг воду, можно было различить его пятнисто-зеленый силуэт. Похоже, у него был закрытый верх, который придавал ему сходство с коброй, приготовившейся к прыжку. Он направлялся прямо между кормой “Красногвардейска” и носом подлодки! Там, где проходил буксирный трос!

— Командир, перископ исчез! — закричал Владимиров. -