К изумлению Элизабет, её тоже не обошли. Отлично, значит, можно будет купить ирисок и мятных конфет для себя и для Джоан, о чём она и сообщила подруге.
– Спасибо, – шёпотом поблагодарила Джоан. – А то на следующей неделе у меня много уйдёт на конверты с марками.
– Кому ещё нужны деньги? – спросил Уильям.
С места поднялся Джордж:
– Мой мячик для крикета улетел в кусты. Придётся покупать новый.
– Сначала поищи хорошенько, а потом обращайся, – ответил Уильям. – Подойдёшь ко мне завтра.
Следом руку подняла Куини:
– Я хочу купить подарок для своей няни, у неё скоро день рождения. Мне бы хватило одного фунта.
И положенный фунт был выделен.
– А мне нужна новая садовая лопата, – заявил Джон Терри. – Только она дорогая.
Мальчика поддержал мистер Уорлоу, руководитель по внеклассным работам:
– Джон у нас – лучший садовод в Уайтлифе. Если вы заметили, вчера на обед была фасоль. Так вот: это он её вырастил.
Все старосты единогласно проголосовали за новую лопату.
– Сколько она стоит? – спросил Уильям.
– Пять фунтов, – ответил Джон. – Я был в трёх магазинах, дешевле нигде нет.
Мальчику выдали пять фунтов, и он готов был бежать за лопатой хоть сейчас.
Были просьбы и от других ребят. Кому-то отказывали, а кому-то шли навстречу, обязательно соблюдая принцип справедливости.
Следующими на повестке были жалобы и претензии.
– Кто-то хочет что-либо сказать? – поинтересовалась Рита.
– А Гарри Данн списывает, – пожаловался один из старост.
Все зашумели и начали оглядываться на Гарри, скромного мальчика на год старше Элизабет. Гарри покраснел, вжавшись в стул.
– Ничего себе! – Уильям укоризненно покачал головой. – Давненько у нас такого не было.
– Лишить его денег на карманные расходы! – выкрикнул кто-то.
– А по-моему, это глупо, – сказал Уильям. – Разве от этого он перестанет списывать?
Все начали громко обсуждать, что делать с Гарри. Наконец Рита попросила всех замолчать и обратилась к мальчику:
– На каком предмете ты списываешь?
– На арифметике, – угрюмо ответил Гарри.
– Но почему именно на арифметике? – доискивался Уильям.
– В прошлой четверти я проболел больше месяца и сильно отстал, – начал рассказывать Гарри. – У меня папа математик. Вот я и списывал у Хамфри.
– Точно, у него же была свинка, – вспомнил один староста.
– Да, и у его отца докторская степень по математике, – подтвердил второй.
– Тогда нужно попросить мистера Джонса о дополнительных занятиях, – предложил Уильямс. – Мистер Джонс, вы сможете немного подтянуть Гарри?
– Конечно! – кивнул учитель. – Я ему уже предлагал. Гарри, позанимаемся?
– Придётся. – Мальчик опустил голову.
– Погодите, я не закончил, – сказал Уильям. – Гарри, мы вынуждены будем отсадить тебя от остальных. Освоишь пропущенный материал, и после этого переставим твою парту обратно.
– Хорошо, – сказал Гарри и покраснел. Быть отсаженным от остальных – это же как ссылка! Именно в эту самую минуту Гарри поклялся себе стать лучшим по арифметике.
– У кого ещё имеются жалобы? – спросил Уильям.
Тут настал черёд Элизабет краснеть и заикаться. Потому что с места поднялась Нора.
– У меня серьёзные претензии к Элизабет Аллен. Мы живём в одной комнате. Она ложится спать, когда ей вздумается, ведёт себя безобразно, да к тому же посмеивается.
– Что ещё она натворила? – спросила Рита, кинув в сторону Элизабет сокрушённый взгляд.
– Она дважды облила чернилами коврик и отказывается его отчищать.
– Коврик отошлите в химчистку за счёт Элизабет, – приказала Рита. – Насколько я помню, это как раз обойдётся в два фунта.
Элизабет не хватило духу спорить с Ритой, и она без лишних споров вернула деньги через Нору.
– Что касается распорядка дня, этот вопрос мы решим просто, – сказал Уильям. – Элизабет, с сегодняшнего дня ты будешь ложиться в восемь.
– А как же танцы и концерты? – расстроилась Элизабет.
– Пеняй на себе, – строго ответила Рита. – У тебя есть неделя, чтобы исправиться.
– Да, ещё плохое поведение… – задумчиво произнёс Уильям. – Думаю, это не совсем вина Элизабет. Видно, так её воспитали родители.
Тут Элизабет не выдержала:
– Это неправда! – воскликнула она. – Нечего всё сваливать на моих родителей! Они очень воспитанные люди и не сказали мне ни одного грубого слова!
– Что ж, в таком случае остаётся надеяться, что ты последуешь их примеру, – ответил Уильям. – А пока что с тебя взять? Издержки плохого воспитания.
– Да я могу быть такой воспитанной, что тебе и не снилось! – вскипела Элизабет. – Ты ещё попомнишь мои слова, злобный мальчишка!
Зал просто взорвался от хохота.
– Тихо, тихо! – Уильям стукнул судейским молоточком. – Дайте же ей продемонстрировать свои хорошие манеры. Продолжай, Элизабет, я тебя слушаю.
Прикусив губу, Элизабет села на место. Внутри у неё всё бушевало. Надо же – они наехали на её родителей! За это они поплатятся! Ещё будут бегать за ней и извиняться!
Руку поднял староста Кеннет, одноклассник Элизабет:
– Уважаемые судьи, мы призываем вас помочь повлиять на поведение Элизабет на уроках. Она же просто срывает нам занятия. Мисс Рейнджер извелась с ней.
