— Но это могут быть самые неожиданные вопросы — личного и, даже можно сказать, интимного характера. Пусть вас ничего не удивляет, но мы должны знать абсолютно все, даже такие вещи, которые на первый взгляд не имеют никакого отношения к делу Вы готовы?
Вениамин Русланович с радостью закивал, но когда я приступила к расспросам, то увидела по его озадаченной физиономии, что он все же не слишком был готов к душевным излияниям.
— Но зачем… — начал он было протестовать, но потом все же разговорился.
Оказывается, он действительно был знаком с девушкой по имени Лиля (при этом глаза Зайчикова сразу же приняли совершенно идиотское, восторженно-мечтательное выражение), но встречался с этим ангелом чистой красоты совеем недолго, буквально несколько раз.
Под моим нажимом Вениамин Русланович все же признался, что у них с Лилей даже случилась одна совершенно божественная, необыкновенная ночь, которая с тех пор навсегда осталась в его памяти.
— Но это было всего один раз, задолго до моих неприятностей. Больше мы с ней, можно сказать, и не виделись — только переговаривались по телефону, — с печальным вздохом закончил свое повествование Зайчиков.
— Но — почему? Непонятно! Если вам обоим было так хорошо…
Я не собиралась сдаваться и теперь лезла напролом.
— Как вы не понимаете, девушка, — строго пояснил Зайчиков и посмотрел на меня с сожалением. — Просто Лиля — очень тонкий, необычный человек. Не то что нынешние современные девицы. В общем, вы меня понимаете, она вовсе не из тех, кого интересует только постель и чужие деньги.
— Да? А что же ее интересует? Не скрою, мне почему-то доставляло удовольствие изображать перед этим лысым Ромео дурочку — Возможно, вам этого не понять. Она призналась, что для того, чтобы полюбить человека, по-настоящему полюбить, она должна его как следует узнать. И мы условились прежде всего стать друзьями, глубоко изучить друг друга. Ведь, согласитесь, сейчас все перевернулось с ног на голову — у всех на уме один секс, секс, и только секс… А она — не такая. Встретить такую девушку, как Лиля, в наше время подобно настоящему чуду. Надеюсь, вы меня понимаете?
И действительно — я кое-что постепенно начинала понимать.
— Ясно, значит, вы какое-то время после этой вашей божественной ночи не встречались и только переговаривались по телефону, так?
— Да нет, вы снова совсем ничего не поняли. Именно встречались! — возмутился Зайчиков. — Потому что я мог и по телефону рассказывать ей все, абсолютно все, доверить все свои душевные переживания, и я чувствовал, что она меня понимает. Да, понимает, как никто другой! Мы взахлеб разговаривали часами, читали друг другу стихи, пересказывали свои сны…
— А вы говорили ей накануне ограбления, что собираетесь несколько дней провести на даче?
— Я? Нет, не помню. Впрочем, я, кажется, жаловался на депрессию, на некую потребность в уединении. Скорее всего, говорил, но неужели вы думаете?.. Да как вы можете?!
— Нет, ни в коем случае, — поспешила я успокоить влюбленного. — Я ничего не думаю. Мне это даже в голову не могло прийти. Скажите, а после кражи вы с Лилей тоже не встречались? Или продолжали перезваниваться?
— Нет. Но я звонил… Впрочем, сейчас она куда-то уехала… Но надеюсь, что потом… — замялся Зайчиков.
Впрочем, об их последнем разговоре я и без того была прекрасно осведомлена.
Наверное, на моем лице во время рассказа Зайчикова было написано такое искреннее недоумение, что он с довольным видом улыбнулся.
— Да, — сказал он. — Я вас понимаю. Сейчас такие духовные отношения — редкость. А девушки, которые не просто тебя используют, а мечтают понять и по-настоящему полюбить, — вообще на вес золота. Я счастливый человек, что у меня было такое. Но думаю, что еще не все кончено.
«А что, разве у тебя еще что-нибудь есть?» — еле-еле сдержалась я от классического вопроса Винни-Пуха, оглядывая обстановку в квартире Вениамина Руслановича.
— С чем вас и поздравляю, — ответила я, изо всех сил стараясь сдержать улыбку. — Вам крупно повезло.
Покинув Зайчикова, я поняла, что теперь мне нужен Денис Конищев.
Пожалуй, это единственный человек, на которого можно положиться, — он не струсит, не уйдет в запой, не станет задавать лишних вопросов.
…Я уже знала, что Денис учился во вторую смену.
Мою родную школу хоть и обозвали лицеем, но все равно, так же, как в мои школьные годы, она отличалась редкой перенаселенностью, работала в две смены.
Поэтому я решила поймать Дениса вечерком, прямо во время школьной перемены.
Он сильно удивился, когда увидел, что я поджидаю его возле класса, откуда только что доносился гнусавый голос учительницы геометрии.
— Что-то случилось? — спросил Конищев-младший.
— Сегодня ночью мне будет нужна твоя помощь. Ты не будешь до поры до времени задавать мне лишних вопросов, но для начала я должна узнать: согласен ли ты на одну ночь стать вором-домушником?
Денис ответил не сразу — кажется, он не мог так быстро отключиться от синусов-косинусов, оценить оригинальность моего предложения и даже вообще понять, о чем я толкую.
