Вспомнил первые дни, которые она проводила одна. Сначала дома, у родителей. Они рассказывали, что она кричала по ночам, просыпалась в слезах и бреду. Дралась с теми, кто пытался с ней поговорить, разбудить ее. Когда она стала ночевать у меня, кошмары стали отпускать ее. Наверное, ей просто не следовало оставаться одной. Да мне и не хотелось ее отпускать. Правда все разговоры о переезде с концами она пресекала, упертая девчонка. Зато факт близости моего дома к Академии "Феникса" убедил ее задержаться здесь на подольше.
Я осторожно, боясь потревожить сон, провел рукой по ее длинным волосам. Они оказались слегка влажными, из-за того, что она легла спать с мокрой головой, надеюсь не заболеет. Наклонившись, я прижался губами к ее лбу.
— Ммм… — Услышал я.
— Доброе утро, моя девочка. — Прошептал в ответ на сонное мурчание и поцеловал ее в щеку.
Малышка повернулась на спину и сладко потянулась, стягивая с себя легкое одеяло. Затем потерла сонные глаза. Снова повернувшись ко мне, потянула меня на себя, утыкаясь лицом в мою грудь.
— Доброе утро. — Пробормотала она мне в район сердца.
Я прижал ее к себе и стал гладить по спине.
— Я сейчас обязательно встану и приготовлю завтрак. — Снова услышала моя грудная клетка, в ответ на что я тихо засмеялся, уткнувшись ей в волосы.
— Лежи, мы приехали поздно, я сам об этом позабочусь.
— Нуу… Нет. — Она подняла голову и чмокнула меня в подбородок. — Вставай, мой друг, нас ждут великие дела! — Лексис вынырнула из моих рук и сползла с кровати. — Я первая в ванну, бросила она мне, подходя к выходу из комнаты. — Если хочешь, присоединяйся. — Кинув мне хитрую улыбку через плечо и одновременно играя с пуговицами моей рубашки, которая чуть прикрывала ее бедра и смотрелась эротичнее, чем любой комплект кружевного белья, она выскочила из нашей спальни. Я не успел никак среагировать, как в пустом дверном проеме появилась ее рука и изящным жестом скинула мою рубашку на пол, оставив меня лишь фантазировать о том, что же на ней осталось.
Ответ моего тела на ее действия не заставил себя долго ждать, я моментально почувствовал возбуждение.
— Вот бесенок. — Довольно громко проговорил я, смотря на синее пятно ткани на полу. В ответ мне раздался отдаляющийся смех. Ну что же, утренний душ мне точно не повредит. Алексис
Я бегом добралась до ванной комнаты, едва не сбив на повороте огромную коричневую вазу, стоявшую в коридоре. Если честно — мир бы ничего не потерял, разбейся эта жертва любителей антиквариата. В ванной я наскоро почистила зубы и вскочила в душевую, задвинув за собой прозрачную дверь. Немного подумав, я решила, что издевательств на сегодня недостаточно и защелкнула вход в душевую изнутри. Включив воду, с наслаждением встала под горячие струи и почувствовала, как пространство вокруг меня обволакивает клубами пара. То что надо.
Дверь в ванную открылась и я услышала звук включаемого крана. Вода проработала некоторое время, затем дверь снова открылась и закрылась. И ничего. Хм, неужто передумал? Я нахмурилась и полыхая праведным гневом отодвинула пластиковую щеколду. Не успела сделать и шага по мокрому акрилу, как дверь резко отодвинулась и Джереми, абсолютно голый, ворвался в теплый туман душевой, заставив меня взвизгнуть от неожиданности, а затем рассмеяться. Он прижал меня к себе и сам прижался к моим губам глубоким, долгим поцелуем. В ванной комнате явно стало жарче, и это не от воды.
— Ты — лучшее, что было со мной. — Прошептал Джереми мне в губы, скользя руками по мокрому телу. Резкая боль пронзила мою голову, заставив уткнуться лбом в плечо Джереми, дыхание перехватило.
«Ты — лучшее, что было со мной. Ты — единственная. Я люблю тебя больше жизни». — Мужской голос зашелестел в моей голове, мужские мускулистые руки обнимали мое тело. Губы целуют шею, ключицы, плечи. По нам стекает вода, и я прижата спиной к холодной и мокрой стене душевой.
Все это видение длилось пару мгновений, и то, что я резко схватилась за Джереми он, очевидно, принял за крайнюю степень удовольствия, покрывая мою шею поцелуями. Я пыталась отдышаться. Что это было? Такое ощущение, что мне просто показалось, от воспоминаний осталась лишь тупая боль в висках. Вода и пар застилали глаза. Глубоко дыша, я провела руками по плечам Джереми. Он проложил дорожку из поцелуев по моей шее и припал к губам. Я ответила на поцелуй со всей страстью. Хотела в нем забыться, раствориться, потеряться. Только бы ушла эта боль. Не из висков, из сердца.
***
Я насыпала в турку две ложки черного, ароматного кофе с горкой. Добавила щепотку соли, сахара и корицы. Залила все водой и поставила на огонь, не отходя далеко от плиты. Так как «убегать» от меня наглый напиток любил больше всего.