Если по-умному, то Надежде поскорее нужно было уносить отсюда ноги. Кто его знает, что это за тип сидит в квартире Виталии Петушковой, вдруг он вздумает ее преследовать? Но ноги отчего-то сделались ватными, все тело охватила слабость, и Надежда Николаевна решила присесть на скамеечку и передохнуть.
Когда она дотащилась до скамейки, оказалось, что там уже кто-то есть. Пожилая женщина в инвалидном кресле сидела в тени и читала толстую книгу в яркой обложке.
– Присаживайтесь, – улыбнулась она запыхавшейся Надежде, – не помешаете.
Надежда плюхнулась на скамейку, убедившись, что от подъезда она не видна, и перевела дух.
– Душно сегодня, – сказала женщина, внимательно за ней наблюдая.
Надежда Николаевна подумала, что нужно ей поскорее уходить, потому что старушке скучно и она не даст посидеть спокойно, замучает разговорами.
– Хотите водички? – предложила старушка и, не дожидаясь ответа Надежды, налила ей воды в одноразовый стаканчик.
Бутылка лежала в большой сумке, стоящей рядом с креслом. Там же Надежда заметила цветастую панаму, два яблока, мобильный телефон и еще какие-то мелочи.
– Как вы хорошо экипировались, – улыбнулась Надежда, – на все случаи жизни.
– Да уж, приходится, – закивала женщина, – пока самостоятельно передвигаться не могу.
– Пока? – удивилась Надежда.
– Это временно, – старушка погладила подлокотник кресла, – сломала шейку бедра, операцию сделали вроде бы успешно, скоро уже встану на ноги…
– Удачи вам! – от всей души пожелала Надежда. – Как же вы упали-то? Вроде бы сейчас не скользко…
– Ох, не говорите! – вздохнула старушка. – Сама-то я на ногах крепко стояла, машина на перекрестке сбила. Иду себе, смотрю на светофор, а надо было на машины смотреть. Он вдруг как рванется с места, ну и задел меня…
– Ужас какой! – расстроилась Надежда.
– Приличный такой попался водитель, выскочил из машины, меня поднял, хотел в больницу везти. А я вроде ничего себя чувствую, думаю, лучше дома отлежусь. Ну, привез он меня домой, до квартиры довел и уехал. А тетки наши, что у подъезда-то сидят, все видали, всполошились и на всякий случай номер машины записали. Мало ли что, говорят, вдруг понадобится… И как в воду глядели. Утром у меня начались боли, вызвала я Сережу, отвез в травму. А там говорят – перелом шейки бедра. В больнице долго сомневались, все пугали, что я наркоз не переживу. Ничего, говорю, лучше помру, чем лежать. В жизни никому обузой не была и теперь не стану!
– Вы мужественная женщина! – сказала Надежда.
– Да, в больнице тоже так сказали, – зарделась от удовольствия старушка, – только операция дорогая. Сережа, конечно, денег дал бы, но тут наши тетки нашли этого водителя по номеру машины. Оплатил он операцию без слова, еще извинялся. Вот, жду теперь, когда заживет…
В это время возле кресла появилась та самая черная такса, что спасла Надежду от подозрительного типа в квартире Виталии Петушковой. Точнее, это был такс, судя по имени, Надежда Николаевна вспомнила, что звали его Персиваль.
Такс Персиваль не долго думая прыгнул на колени к старушке.
– Персик! – умилилась она. – Что же ты так долго?
– Он поводок под кровать засунул, я прямо обыскался, – сказал подошедший бритоголовый детина огромного роста, – хулиган такой…
В голосе его была нежность.
– Сереженька, ты торопишься, – сказала старушка, – иди уж, ничего с нами не случится, вот с женщиной поболтаем…
Детина посмотрел на Надежду и узнал ее.
– Баб, – сказал он, – эта женщина насчет Виты приходила.
– Вот как? – Старушка повернулась к Надежде. – Ну иди, Сереженька…
Детина развернулся на пятках и побежал к машине, припаркованной у подъезда.
– Как он вас назвал? – изумилась Надежда. – Бабушкой?
– Ну да, это мой внук Сережа…
– А сколько же вам лет? – Надежда удивилась, потому что внуку было не меньше тридцати, а то и больше.
– Мне-то? Не много, восемьдесят два… – рассмеялась старушка. – Так зачем вы приходили к Вите?
– Я… насчет книги, она книгу задолжала в библиотеку, – сказала Надежда без особой уверенности.
И тут же вздрогнула, потому что ее собеседница звонко, по-молодому расхохоталась.
– Вита? В библиотеку? Дорогая моя, я знакома с Витой больше десяти лет и за это время ни разу не видела ее с книжкой! Даже детективы не читает! Так что могу держать пари на что угодно – Вита понятия не имеет, где находится библиотека!
Надежда молчала и прикидывала, как бы половчее уйти, сохранив остатки достоинства. Выходило, что с достоинством – дохлый номер, нужно просто спасаться бегством.
– Давайте познакомимся, – мягко сказала старушка, – меня зовут Вера Ермолаевна, а вас?
Надежда прикусила язык, поскольку собиралась назваться так же. Надо же, какое совпадение! Такс Персиваль, до того смирно сидевший рядом, посмотрел на нее с подозрением и тихонько рыкнул – очевидно, он не любил, когда обманывали его хозяйку.
– Надежда, – сказала она, – можно просто Надя.
– Вы, наверно, рано ребенка родили? – спросила старушка.
– Да нет, в двадцать два года, тогда все рано рожали… – машинально ответила Надежда.
– Ну значит, выглядите молодо! – улыбнулась Вера Ермолаевна. – Для такого взрослого сына.
