Привлекши внимание официантки яростным размахиванием рук над головой, мы заказали еще шампанского и только собрались продолжить столь замечательно протекающий девичник, как вдруг возле нашего столика возник улыбающийся усатый мужчина в светло-зеленом пиджаке. Мы разом умолкли, с неодобрением разглядывая незнакомца, но такой холодный прием его не смутил, и он галантно пригласил Надежду на танец. Судя по ее первой реакции, она собралась послать его к чертовой бабушке, но воспитание пересилило, и, тяжко вздохнув, подружка вылезла из-за стола. У нас с Иркой соответственно появилась новая тема для обсуждения, которой мы и посвятили себя без остатка. Понаблюдав за Надькиным кавалером, Ирка разочарованно качнула головой:
– Нет, этот козел нашей Надежды недостоин…
Я кивнула. Мужчина, в общем-то, был неплох, но нашей подружке нужно что-нибудь посолиднее. Танец закончился, мы увидели, как, растягивая губы в улыбке, Надежда решительно трясет головой в ответ на слова кавалера. Похоже, ей он тоже не приглянулся и от продолжения знакомства она твердо отказывается. Наконец мужчина проводил Надьку до столика, последний раз с надеждой заглянул ей в глаза, дрогнул усами и удалился, так и не добившись ответа.
– Отшила?
– Угу, – прошипела Надежда, – вот пристал!
Однако через пару минут кавалер был забыт, и мы снова весело смеялись, болтая о разных пустяках, милых сердцу каждой женщины. Вскоре разговор сам собой коснулся нашего не самого удачного отдыха на пляже, и мы с Иркой наконец поведали Надежде все последние новости, включая сегодняшнюю мою поездку в школу.
– И что теперь? – спросила она, когда мы закончили.
Мы с Иркой дружно пожали плечами.
– Но ведь нужно что-то делать! – энергичная Надькина натура требовала немедленных действий.
– А что можно сделать? Ничего! Ничего, собственно, не случилось…
– Как ничего? А на улице он к тебе приставал?
– Нет. Он просто вылез из машины…
– Девчонок этих с пляжа надо найти!
– Где найти? Ты их знаешь? Может, они из Никитина, а может, из Огольцов, или из города купаться приехали…
Да и что они смогут сказать? Что у них полотенца из рук вырвали?
Надька надулась, пытаясь все-таки измыслить причину, по которой нам немедленно пришлось бы обратиться в милицию.
– Да нет, Надька, ты не о том… – поморщилась Ирка. – Это все одни эмоции, на хлеб их не намажешь…
– А кто Стаське чуть в глаз не дал? – вспомнила Надька и оживилась:
– Этого мало?
– Надежда, – сказала Ирка так, словно разговаривала с ученицей на уроке, – опомнись. Это Стаська его искусала. У него восемь свидетелей. Да и мы с тобой это видели. Ты что же, Стаську, что ли, упечь хочешь?
Но так просто Надежда сдаваться не собиралась.
– А воротник? – ввернула она свой основной козырь и гордо на нас посмотрела.
Такой поворот событий, однако, совершенно не устраивал меня. Это напрямую касалось Ефима, который хоть и обезобразил подружкин любимый халат, мне, по большому счету, помог. И к безобразиям Семы он никакого отношения не имел, его вообще рядом не было. Об этом я и заявила подружкам, которые многозначительно переглянулись и закудахтали, словно куры на грядке:
– Ой-ой-ой… Да-да!
– Да, – с вызовом подтвердила я, – именно!
Надька, смеясь, хлопнула меня по руке:
– Да ладно тебе обижаться! Мы же шутим! Парень и правда обалденный, чего говорить!
Обижаться на подруг я и в самом деле не собиралась, и мы подробно обсудили все достоинства молодого человека, придя к единодушному мнению, что там есть на что посмотреть. Занятые столь увлекательным разговором, мы не обращали ровно никакого внимания на окружающих, и, как выяснилось, напрасно. В какой-то момент у нашего столика возникла улыбающаяся пьяная физиономия, увидев которую мы дружно заморгали, переглянулись и тяжко вздохнули.
– Можно? – несколько неопределенно поинтересовался молодой человек и икнул.
Мы снова переглянулись, и Ирка, как видно, не потерявшая еще надежды на благополучный исход дела, уточнила:
– Что именно?
– Вас! – безапелляционно заявил молодой человек и протянул ей руку.
– В каком смысле? – пролепетала Ирка, с опаской заглядывая в раскрытую ладонь молодого человека, словно надеясь там что-то найти. – Что значит – вас?
– Ну это… – парень маслено расплылся и небрежно покрутил рукой в воздухе. – На танец, короче…
– Какой ужас… – прошептала Надька, косясь на парня. – Тот хоть на ногах держался.
– Этот здесь дольше отдыхает, – прикрыв рот ладонью, отозвалась я, – но в целом ты права…
Пока Ирка растерянно моргала, молодой человек активизировался и шагнул ближе. Сложное телодвижение далось парню с трудом, его занесло, и он налетел на край столика, чудом не переколотив посуду. Эта маленькая неприятность не остудила пыл настойчивого танцора, казалось, напротив, она его здорово позабавила. О нас этого сказать было нельзя: просто дико идти танцевать с едва удерживающим равновесие мужиком, однако тихого, но решительного Иркиного «нет» он просто не заметил.
– Да ладно, пошли! – нетерпеливо тряхнул он рукой и едва не упал сидящей Надьке на голову.
