На следующий день мы в каменистой пустыне, покрытой мелким щебнем и редкими приземистыми кустиками боялыша. Местность постепенно понижалась к реке Или. У самой реки в начале Капчагайского водохранилища, появилась кромка солончака, плотного, покрытого твердой хрустящей коркой засоленной почвы. Когда мы подъехали к берегу, нас атаковала стайка слепней-дождевок. Прохладный пасмурный день неожиданно сменил жару. Берег в этом районе был пустынен, не видно и следов человека. Зато всюду у реки твердая поверхностная корочка солончака была проломлена следами копыт джейрана. Здесь находился их водопой, сюда эти осторожные газели, столь нещадно преследуемые человеком, приходили утолять жажду. На следах вижу круглые и глубокие ямки. Это ловушки муравьиных львов. Находка неожиданна. В какой-то мере здесь связь между элегантным джейраном и маленьким сетчатокрылым насекомым. Правда, односторонняя. Муравьиные львы устроили свои аккуратные ловчие воронки в мягкой пыльной земле от следов копыт. Многие следы были ими заняты. Джейраны выручили личинок муравьиных львов, и не будь здесь их водопоя, не жить и этим своеобразным хищникам. Твердую корочку солончака не проломишь.
В небольшом тугайчике увидал лежку зайца. Зверек наскреб среди сизой пахучей полынки сухую и белую почву, и получилась мягкая постелька. Потом на это место пришел фазан, покупался в пыли и взбил пылевую перинку еще больше. Личинке муравьиного льва непросто найти место для ловушки. На счастье встретилась лежка. Чем не превосходное место! Забралась в нее личинка, головой-лопатой разбросала пыль, устроила отличную воронку-ловушку и стала ожидать муравьев. Они всюду ползают. Так помогли муравьиным львам птицы и звери.
Наконец солнце скрылось за желтыми буграми и в ложбинку, где мы остановились, легла тень. Кончился жаркий день. Повеяло приятной бодрящей прохладой. Пробудились комары, выбрались из-под всяческих укрытий, заныли нудными голосками. Они залетели сюда в жаркую лёссовую пустыню издалека с реки Или в поисках поживы. Около реки слишком много комаров и мало добычи. Интересно, как они будут добираться обратно с брюшком, переполненным кровью, чтобы там отложит в воду яички? Испокон веков летали сюда комары с поймы реки в поисках джейранов, косуль, волков, лисиц и песчанок. Но звери исчезли из этих мест, истребленные человеком, а комариный обычай остался.
Прилетели две стрекозы, и, выписывая в воздухе замысловатые зигзаги, стали носиться вокруг нас, вылавливая комаров.
Потемнело. Давно стих ветер. Удивительная тишина завладела пустыней. Запел сверчок, ему ответил другой, и сразу зазвенела пустыня хором. Исчезли стрекозы.
Давно выпит чай. Пора разворачивать спальные мешки, натягивать полога. Но едва только на земле разостлан большой тент, как над ним замелькали в воздухе два странных танцора. Они заметались из стороны в сторону, то взлетят кверху, то упадут вниз, какие-то странные, большекрылые, с задранным кверху брюшком и очень быстрые. Не уследить за ними глазами. Для чего воздушным танцорам светлый тент? Разве только потому, что над его ровной поверхностью можно носиться с большой скоростью без риска натолкнуться на препятствие и разбиться. Им, быть может, над ним видней, легче показать свои акробатические трюки, разыгрывать брачные ночные пляски. Я озабочен. Как поймать шустрых незнакомцев? Неудачные взмахи сачком их пугают, и они исчезают. Но не надолго. Наверное, уж очень хороша для них танцевальная площадка. Наконец — удача, один трепещется в сачке! Кто же он такой? Всем интересно узнать, все лезут головами в сачок, самому в него не подобраться.
— Осторожнее, лишь бы не упустить! — предупреждаю я.
Вот он, наконец, в руках, трепещет широкими крыльями, размахивает длинными усиками с крупной булавой на кончиках. Это аскалаф! Родственник муравьиным львам, златоглазкам и мантиспам. Редкое и таинственное насекомое пустыни. Образ жизни его почти не изучен. Личинки аскалафа — хищники. Днем их не увидать. Они охотятся на различных насекомых, поймав добычу, убивают и высасывают, а остатки ее цепляют на себя. Обвешанные обезображенными трофеями своей охоты, они ни на что не похожи.
В проволочном садке аскалаф всю ночь шуршал сильными крыльями. А утром уселся в уголок, простер вперед усики, брюшко забавно задрал кверху. В такой позе на кустике его не отличишь от колючки. Может быть, поэтому аскалафа трудно увидеть днем. Попробуйте его заметить на сухом растении!
Слева от дороги, идущей вдоль озера Балхаш, показались обширные солончаки. Увидев их, я остановил машину, выключил мотор, поднял капот. Пусть остывает мотор, да и надо взглянуть на пустыню, может быть, найдется что-либо интересное.
